Гомер. Илиада

Так сложилось, что история троянской войны прошла мимо меня. Мы не проходили "Илиаду" в школе, совсем не помню, чтобы мы изучали этот эпизод на уроках истории, я не смотрела и никаких фильмов. Так что для троянской войны я была чистым листом (я этим не горжусь, но и не порицаю). А сегодня, прочитав первую историю из "Кентерберийских рассказов" Чосера, где были отсылки к гомеровским героями, подумала "а почему бы и не сейчас?". Книга на полке, толщина 170 страниц - пара часов чтения. Вполне себе повод ознакомиться.

Несмотря на то, что война и околовоенные события - тема, в литературе мне безусловно интересная, батальные сцены я не любила никогда. Стратегические моменты - да, общий ход, планы, и даже - страдания и ужасы войны, но не буквальные описания в духе "первый занёс меч над головой, второй поразил копьём со спины, из третьего фонтаном полилась кровь, четвёртый на колеснице прискакал на помощь" и т.д. Помнится, еще в школе целыми страницами я пропускала батальные сцены из "Войны и мир", очень понравившегося мне во всём остальном произведения. Мне эта рутина не интересна, скучна. Хотя я прекрасно понимаю, что смысл "Илиады" совершенно не в этой монотонности действа.
Поэтому для меня чтение было познавательным, и не более. Конечно, были и понравившиеся моменты. Например, подача - повествование от лица самих участников событий. Хорошо создаёт сопричастность, зрительность действия. И некоторые сюжетные моменты. Больше всего тронула одна из последних сцен - старец Приам, целующий руки Ахиллеса, убийцы своих сыновей, целующий в мольбе отдать тело излюбленного сына Гектора. И Ахиллес, беспощадный и неумолимый дотоле, но вдруг поражённый этой отеческой любовью и бесстрашием. Даже ком в горле стал.
Зацепила также финальная сцена - расправа над Троей, беспощадная, зверская расправа над всеми жителями её, от мужей до стариков и младенцев. С бесконечной печалью и горечью описана она здесь.

И еще, Барикко - умничка, правда. Прочитав его послесловие "Другая красота. Заметки о войне", я зауважала "Илиаду" как произведение. И Барикко как автора еще больше. Описывать нет нужды, там всего несколько страниц, но кто прочтёт - поймёт, о чём я говорю.

---
PS для себя лично оценила бы средне, меня не зацепила сама история. НО! объективно книга заслуживает большего, т.к. очень доступно и хорошо Барикко сумел выделить главное, донести суть и расставить всё по полочкам. Посему 4/5

В детстве я читала историю Троянской войны в изложении Куна, позднее - "Илиаду" Гомера... и вот дошел черед до Барикко.
Он сумел выделить в этой истории главное. То, чего не замечаешь в детстве, то, что прячется за эпическими сражениями, за героизмом воинов, за перепалками богов, за красивой легендой. Барикко сумел объяснить, почему именно "Илиада" осталась в памяти людей.

«Илиада» - история войны, где нет места благоразумию и полутонам. Она была создана, чтобы воспеть воюющее человечество, и воспела его настолько ярко, что не затерялась в веках и дошла до нынешнего поколения людей, продолжая славить торжественную красоту и внезапный порыв - то есть именно то, чем всегда была и будет война. В школе, возможно, об «Илиаде» говорят по-другому. Но суть именно в этом: «Илиада - памятник войне»

Он не просто переписал "Илиаду", весьма и весьма сократив ее, но и привнес СВОЙ взгляд на описываемые события, свою мораль. Практически ничего не дописывая, лишь добавляя кое-где пару строк от себя, Барикко сумел снять с этой истории "шелуху", показать нам совершенно другую Троянскую войну - жестокую, лишенную налета романтики.
После чего написал слова, которые я считаю главными в этой книге:

И сегодня задача истинного пацифизма должна заключаться не столько в создании отталкивающего образа войны, сколько в понимании того, что, лишь познав другую красоту, мы сможем отказаться от той, которую нам всегда предлагала война. Создание другой красоты, быть может, единственный путь к настоящему миру. Мы должны показать, что в состоянии осветить мрак существования, не прибегая к военному огню. И придать вещам глубокий смысл, не вынося его на слепящий свет смерти. Мы должны научиться изменять свою жизнь, не отнимая ее у другого; пускать в оборот деньги и богатства, не прибегая к насилию; находить свои этические ориентиры, не отправляясь искать их на пороге смерти; открывать самих себя в привычных местах и ситуациях, а не в траншеях; переживать самые невероятные эмоции, не стимулируя себя допингом войны и наркотиком маленьких повседневных жестокостей.

Эта книга определенно стоит прочтения и осмысления.

Я смело признаюсь, что боюсь читать "Илиаду" Гомера. Боюсь сломаться под градом формул, повторяющихся эпитетов, гексаметров и каталога кораблей. Боюсь не дочитать до конца и быть опозоренной! Я очень люблю эту историю. Поэтому я с радостью внемлю всем около-илиадным текстам, которые возвращают меня в микенский период. А,когда они кончатся (хотя сомневаюсь),я возьмусь-таки за первоисточник, чессслово!!
Меня так и манит все фатальное, перенасыщенное тестостероном, окрапленное слезами, пропахшее потом и кровью прекрасных античных героев. Ну это я со своими больными фантазиями скатываюсь к "у кого что болит-тот о том и говорит":)
Перевод прекрасный, задумка Барикко-благородная, его добавления в текст очень чувственные, такого не могло бы быть у Гомера, но это то проявление индивидуального, которое просто необходимо.

Несмотря на одни и те же действующие лица, один и тот же сюжет, одно и то же место развития событий, «Илиада» Гомера и «Илиада» Барикко – это две совсем разные книги. И, конечно, с формальной точки зрения, вторая является всего лишь сжатым пересказом первой, но мне кажется, что это не так.
Это дистиллированная история о войне – о той, если так можно выразиться, правильной войне, когда уничтожить противника означало победить его в честном бою, а не нажать красную кнопку, чтобы за много километров атомная бомба упала на головы людей, которых ты никогда не увидишь. Война придает смысл всему; девять лет ахейцы не могли взять город Приама, и, думаю, они ждали бы еще девять, даже те, кто так стремился вернуться домой. Потому что на самом деле их домом была война.
В ней не должно быть ничего красивого, но слишком редко все складывается так, как должно было бы. Поэтому, несмотря на трупы, на кровь, на практически священную обязанность надругаться над телом поверженного врага, на то, что для проигравшей стороны нет различия между гражданскими и военными (все равно погибнут все, одни раньше, другие позже), война несет в себе ту особую красоту, которую разглядеть можно лишь в свете пожаров. Отрицать ее существование, наверное, самое лицемерное, что может быть.
Война никогда не переставала быть «священной», просто вместо бога мы сражаемся за что-то другое, не менее важное. Это повод для гордости. Это источник сил. Это возможность – тут мне вспоминается Бодрийяр – снова сделать свою смерть важной, значимой, символической, красивой. It’s a moment to live and a moment to die ©
И, несмотря на самую высокую оценку, которой заслуживает эссе-послесловие «Заметки о войне» (не знаю даже, понравилась мне больше сама книга или эссе), мне кажется, что Барикко в нем слегка лукавит. Потому что, быть может, когда-то у нас выйдет отыскать ту, другую красоту, которая уведет солдат с поля боя домой. Но выйдет ли? И что, если поле боя для кого-то – уже дом?

Я в восторге, даже не думал, что у Илиады такой захватывающий сюжет, и пересказ потрясающий: здесь несмотря на динамичность все осталось так же красиво, торжественно, патетично, и гекзаметр прорывается сквозь прозу, даже через перевод.

...тогда Менелай, подскочив к нему, что есть силы метнул свою пику в троянца, насквозь пронзив его нежную шею, кровь оросила длинные волосы. Он повалился на землю, как молодая маслина в белых цветах, в грозу пораженная молнией.

Что характерно, по древним понятиям противника надо было не только победить, но и обязательно забрать его доспехи и всячески надругаться над телом, и это страшило некоторых больше самой смерти.

Я не хочу валяться в грязи, чтоб меня растерзали псы, которых недавно сам я кормил со стола. Гектор, ты молод, молодые прекрасны и в смерти, ты не должен стыдиться смерти, но я… подумай о старце, о псах, пожирающих его мозг, его стыд, лакающих его кровь! Подумай о его седых волосах и о бледной коже, подумай о псах, что, насытившись, лягут на пороге разоренного дома…

Еще из серии "О времена, о нравы" последний аргумент матери для сына, уходящего на войну:

И рыдала Гекуба, царица и мать. Она обнажила грудь и молила сына вспомнить, как искал он у этой груди утешения своим детским слезам, она хотела, чтобы сейчас он снова прибежал к ней, как в детстве, а не погибал там, на поле, от рук беспощадного воина. Но Гектор не слушал ее.

И последнее мое открытие Илиады: оказывается, в истории Трояской войны ничего не сказано про Троянского коня, там вообще до завершения войны не дошли, равно как и пропущено ее начало, какая разница, с чего начиналось и чем закончится, война есть война, она здесь и сейчас. Все это красиво и печально, и очень под настроение, а Патрокла безумно жалко до сих пор.

Там пахнет кровью и мужчинами.

Летопись великой войны. Читается легко и быстро. Интересно наблюдение писателя о том, что во времена Гомера война была совершенно естественной возможностью раскрытия мужчины как личности. Война была естественным состоянием общества. Очень хочется верить, что сегодня что-то изменилось.
Я уверен, что литературные переложения великих текстов, классических текстов необходимы. Прочитав Барикко, кто-то захочет прочесть и Гомера. 88 балов из 100