Черный обелиск

Читая Ремарка, я выделила несколько его особенностей, которые отличают его творчество от других авторов лично для меня.

1. Возникает ощущение, что все романы Ремарка — это один длинный и не сильно меняющийся роман о, наверное, каким-то образом случайно выжившем Пауле Боймере из "На западном фронте без перемен". Выжить-то он выжил, а что делать дальше — не знает, и скитается из книги в книгу, меняя имена, профессии и людей вокруг, но сохраняя в целом один и тот же характер и настроение. И это не есть плохо, потому что это герой умный и интересный. Вот и "Чёрный обелиск" не оказался исключением, только Пауля здесь зовут Людвиг и работает он в похоронной конторе.

2. Язык Ремарка настолько афористичен и образен, что большую часть книги хочется немедленно растащить на цитаты. И очень жаль, что некоторые моменты процитировать просто невозможно (ну вот как передать в цитате тот факт, что я искренне восхищаюсь способом тонкого издевательства (вот он троллинг-то откуда!) над Эдуардом, владельцем ресторана?). Цитаты из Ремарка... Такая же распространённая штука, как цитаты, например, из Паланика или Фрая, даже если Ремарк не читан, то с цитатами из него большинство людей так или иначе столкнулись.

3. Ремарк настолько "добротно" пишет о еде и выпивке, что во время прочтения хочется выпить чего-нибудь этакого и плотно закусить.

4. Очень-очень личное ощущение, что Ремарк больше для читателей женского пола, чем для мужского. Не знаю, почему, объяснить логически не получается, а ощущение есть.
Отсюда же — женские второстепенные образы у Ремарка куда более яркие, чем большинство мужских. Дама, рявкающая басом, дама, выдирающая гвоздь из стены филейной частью, учительницы, ставшие проститутками.
От мужских "положительных" образов самое главное — ощущение крепкой дружбы, ещё более тесной из-за войны.

5. Обречённость из света, смех сквозь слёзы и тёплая ирония над тем, что, в общем-то, весьма печально. Оклеивание стен денежными листами, потому что это дешевле, чем обои. Пресловутые учительницы-проститутки, которые узнают собственных учеников. Попытка спекуляции собственным памятником.

6. Странное ощущение мистичности и магического реализма, которого, на самом деле, в книге совсем нет. Похороны недругов на рисунках, запугивание Кнопфа с помощью водосточной трубы, дабы он не справлял малую нужду на пресловутый обелиск. Разговоры с девушкой-шизофреничкой и внутренние монологи.

Ну и, напоследок, любовная линия. Главный герой влюблён в девушку, больную шизофренией, которая на фоне всеобщего безумия выглядит едва ли не самой нормальной. Он не столько влюблён в неё саму, сколько в её сумасшедшесть, поэтому они, наверное, и называются другими именами, а после выздоровления уже не интересуют друг друга. Линия красивая и интересная, о ней, пожалуй, не стоит говорить в рецензии, а стоит читать и думать самому.

Откладываешь прочитанный роман Ремарка — на душе гарантированно остаётся лёгкое чувство тёплой грусти.

У Ремарка есть два очень существенных достоинства: во-первых, он прекрасно умеет передать дух времени, во-вторых, он пишет занимательно.
Атмосфера в романе накалена до такой степени, что того и гляди посыпятся искры. Германия начала двадцатых: нищая, униженная, растерянная. Вчерашние, резко повзрослевшие на войне, мальчики. Главный герой - Людвиг Бодмер - как водится у Ремарка абсолютно положительный тип, философ и романтик одновременно. Правда, работает этот романтик в похоронном бюро, а подрабатывает органистом в сумасшедшем доме, ну, да не место красит человека, а вовсе даже наоборот. К тому же вся страна, кажется, превратилась в сумасшедший дом.
Попраны вчерашние ценности, а новые ещё не устоялись, хотя робкие пока ещё голоса националистов слышны всё более явно.
Бодмер беден, а значит, ему не везёт в любви. Впрочем, все окружающие уверяют его, что никакой любви не существует, есть только плотское впечение, поэтому нужно ловить момент и получать удовольствие. Пожалуй, именно описание взаимоотношений с женщинами показывают, насколько это юношеская (чтобы не сказать подростковая) книга: всё чёрно-белое, плоское, одномерное. Женщины сплошь похотливые самки, желающие устроиться получше, неудивительно, что самыми симпатичными и бескорыстными выглядят проститутки. В общем, человеческие отношения - определённо не сильное место Ремарка.
Книга прочитана в рамках Флэшмоба 2010.

Наконец-то я добралась и до волшебного Ремарка. Время о котором он пишет очень сильно напомнило мне Россию 90-х. Инфляция, разброд и шатание умов, но, слава Богу, для нас это закончилось (хотя кто знает, закончилось ли) не так страшно, как для Германии начала прошлого века. Ремарк пишет очаровательно о безнадёжном. Несмотря на то, что в реальности жизнь того времени могла бы показаться полной отчаяния и страшной, в этом романе нет гнетущей атмосферы, а только лёгкость молодости, пусть и перечёркнутой бессмысленной войной, любви, пусть и продающейся за деньги, свободы, пусть и без гроша в кармане.
Главы о сумасшедшем доме напомнили "Норвежский лес" Мураками. Не удивлюсь, если последний вдохновлялся именно Ремарком.
А самое страшное было описано на последней странице. Волшебная сказка разрушилась и реальность предстала во всей своей непобедимой неприглядности. А вообще, я гораздо лучше стала понимать истоки главной катастрофы XX-го века после этой книги. Да и загадочные немцы стали чуть-чуть понятнее.
Однозначно буду читать Ремарка ещё и скорее всего в больших количествах!

моя любовь и вера в Ремарка вернулись..
я уже было боялась, что после " Триумфальной арки" не пойдет, а нет))
Его манера написания не сравнима ни с кем и ни с чем.
я до сих пор не понимаю, что меня так сильно притягивает, но это же любовь, однозначно!
И пусть Железная Лошадь Мальвина, вечно покоится под черным обелиском с миром!

-А что причиняет тебе боль, Изабелла?
-Перепиливание. Они же могли бы резать, тогда дело пошло бы живее. Но это тупое, медленное перепиливание! И все опять срастается, оттого, что пилят слишком медленно! А тогда они начинают сначала, и это продолжается без конца. Они распиливают тело, а оно все время срастается, и так без конца.
-Кто распиливает?
-Голоса.
-Голоса не могут распиливать.
-Эти могут. ©

Ух, ну наконец-то я добралась до этого, так нахваленного мне, романа. Ну, сначала я скажу, за что люблю Ремарка. Он обладает двумя полезными, как мне кажется, свойствами: 1. знает, о чем пишет; и 2. может качественно все это передать на бумаге.
Многим запомнился этот роман, как повествование о кризисе. Но ведь Ремарк передал не только злободневку про инфляцию. Он написал о состоянии всей Германии, уместив жизнь немецкого народа начала двадцатого века в маленьком городке Верденбрюк. Все крупные события жизни Ремарк изображает в своем романе в уменьшенном виде – в этом и состоит его сатира. Так деятельность фирмы «Генрих Кроль и сыновья» является примером хозяйственной жизни страны в пору инфляции.
На протяжении всего романа, главный герой приходит к выводу, что существующий миропорядок имеет озверение человека; такой миропорядок и породил величайшее злодеяние - войну, которую оправдывает официальная мораль (религия). Персонаж Ремарка прямо в лицо пастору Бодендику заявляет, что и религия, оправдывая господствующую в мире аморальность, утратила свой моральный смысл. Умирают старая мораль с ее главным оружием – миропорядком.
Сам черный обелиск – это символ былых времен, когда марка была маркой, а государство обладало всей полнотой власти. В итоге этот символ, предназначенный для украшения могилы какого-либо столпа общества, вооружается на могиле проститутки.
Главный герой также не пустой образ в романе. Людвиг Бодмер напомнил мне почему-то таких персонажей русской классики, как Базаров и Печорин. Но если причиной инфантильных взглядов тех был простой подростковый эгоизм, то Людвига оставила ребенком война: в семнадцать лет он уже сидел в окопах, вместо того, чтобы разгуливать с девушками или учиться жизни. Поэтому его мировоззрение и отношения с особями противоположного пола имеют некий отстающий в развитии оттенок. Конечно же, в конце Людвиг поймет истину, пройдет духовную эволюции, правда не так плавно, как у Толстого, но хотя бы этому мы можем радоваться.
Встречи с душевнобольной Изабеллой отделяют Людвига от внешнего мира. Когда он наедине с ней, в доме умалишенных, его мысли не заняты тем, насколько поднялся доллар. Изабелла живет в совершенно другом мире. Шизофрения – обобщенный, но не совсем точный диагноз, который ей поставили. В общих чертах, шизофрения – это периодичные пребывания во внутреннем мире человека, часто сопровождающиеся страшными видениями. В случае с Изабеллой, тут дело больше имеет эскапизм – то бишь добровольное бегство от реальности, ПОСТОЯННОЕ.
По тому, как Изабелла описывает свою реальность, начинаешь думать: как должна быть ужасна и бедна реальная жизнь, если девушка решила променять ее на такую! Жизнь, которой живут люди, лишена ценности – вот что говорит Ремарк, пересказывая болезненные видения Изабеллы.
В конце, когда Верденбрюк превращается в руины, только два здания все также остаются в целости и сохранности – родильный дом и дом умалишенных. Не случайно, ведь оба символизируют новую жизнь: первый – физическую, второй – духовную.

P.S.: Благодарю за внимание, сэр.

Сильная книга. Очень сильная. Такая же монументальная, как сам чёрный обелиск. И такая же чёрная – я про юмор. Этакий немецкий, даже берлинский юмор, полный издёвки и самоиронии. А что остаётся потерянному поколению, которое только выскочило из одной мясорубки, а ей уже готовят следующую? Мы-то знаем, что будет дальше. Автор тоже знает, и это знание висит над героями чёрной тучей.
Отличный по-настоящему мужской роман. Немного романтики, немного цинизма и никаких соплей.

Уникальная книга, самородок, отдых души, языковая грация!

Вам нужен герой, который умнее вас, пофигистичнее, мудрее и моложе вас?
Который наивнее вас и гораздо больше романтик, чем вы?

Книга-эпоха, памятник-обелиск тому времени, засечка на память.

Жители Беларуси, почитайте эту книгу и поймите, что все у нас хорошо! Простите мне мой пафос, но нам необходимо читать эту книгу, чтобы понять кое-что... Что кризис - это засушливое лето жизни, но настоящая жизнь все равно проходит за кулисами засухи, она все равно идет как-то по-другому, по-своему. Посмотрите на философию этих людей, на тех, кто вешается в шкафу, потому что газов удавиться - никак (отключили), на тех, кто заработал миллионы на рецессии, и эти миллионы - ничто, потому что уже завтра ими можно клеить стены.

Это - литературный Босх, картина, которую можно рассматривать часами, восхищаться героями, чьи жизненные черты переданы одним взмахом кисти-языка, одной фразой.

Обернуться надо быстро, чтобы успеть увидеть, что травы нет, пока она не появилась нарочно перед твоими глазами.

в этой книге смешались, как в дешевом коктейле, и смерть, и жизнь, и любовь, и войн, и отчаяние, и стремление все изменить. все эти люди живут мечтами, либо отчаянием. нормальными, по сути, являются все эти "девушки" из дома для душевнобольных.
они настолько запутались, все эти юнцы, в газетных вырезках, в женщинах из борделя, в пустых армейских лозунгах, в неустойчивой валюте, что у них нет сил вырваться из этой "дыры".
но, когда они все же делают это, то ничего, кроме пустоты и одиночества не находят.
я говорю о них во множественном числе, так как, таких людей как Людвиг-Рольф великие легионы.
книга безжалостна и прекрасна, как сама жизнь.

Сложная, глубокая, пронзительная вещь. Переплетение глобального и локального, обстоятельства жизни героя параллельны условиям существования всей страны. Цикличность и своего рода временная петля. Осознанное, безоглядное сумасбродство по ту сторону отчаянья. Ты знаешь, что все плохо, что будет только хуже. Так зачем зарывать себя самого еще глубже, зачем тратить то немногое, что у тебя еще осталось, на погребение самого себя, если можно превратить эти дни в карнавал? Пусть праздник со стойким ароматом тлена и безнадеги, но, все таки, праздник.
А Изабелла – аллегория Германии. Она была обеспеченной, прекрасной и гордой, но выбрала в возлюбленные не того мужчину, как страна выбрала войну. И любовник предал ее, отдав предпочтение другой. А Женевьева-Изабелла-Германия погрузилась в объятия шизофрении и только смерть неверного бога вернула ее к жизни. К нормальности, к естественной природе. К предчувствию нового мужчины и новой войны. И, как Изабелла забывает Людвига, так страна отбрасывает печальный опыт чтобы начать все сначала. Сызнова. Все то же.

Резюме: хорошее начало литературного года, одна из самых сильных книг, встретившихся мне за последние несколько месяцев.

Мой любимый Ремарк... Как же ты великолепен!

На мой взгляд, "Черный обелиск" в целом оказался достаточно позитивным произведением, как на Ремарка (или я уже просто так привыкла к нему?..). Конечно, эта книга все также пропитана духом времени и сквозящей тоской, перемешанной с безисходностью, но вместе с тем книга полна иронии. В тяжелое время гиперинфляции немецкой марки, когда ценности рушаться, простые люди разоряются, когда обесцениваются их сбережения, а спекулянты наживаются, в сравнительно хорошем положении оказыается бюро по установке надгробий и памятников. Казалось бы, куда мрачнее тема, которые я стараюсь избегать, но... но генальный Ремарк опять мастерски поймал меня в свои сети.

Книга полна персонажей, характеров и субед, но я даже не буду пытаться пересказать о них, тут нужно читать книгу. Единственное, кто оставил самый яркий след в моей душе, и о ком я не могу промолчать, - это главный герой книги Людвиг Бодмер. Его персонаж глубок, неоднозначен и романтичен. А еще ему 25 лет, также как и мне, и меня заворажиает насколько его мир, мысли, интересы и мировозрения отличаются от моего собственного мира... Он - настоящий представитель "потерянного поколения". Людвиг работает в фирме по продаже надгробий у своего друга и камрада. Также он подрабатывает в лечебнице для душевнобольных, где влюбляется в прекрасную девушку, больную шизофренией:

И я смутно ощущал присущее земной твари неуловимое одиночество, когда мы оставались в пустой церкви, наедине с сумерками и звуками органа, только мы двое, словно единственные люди на свете, соединенные хмурым светом, аккордами и дождем и все же навеки разлученные, без всякого моста от одного к другому, без взаимопонимания, без слов, и только странно рдели сторожевые огоньки на границах жизни внутри нас -- мы их видим и не понимаем, я по-своему, она по-своему, словно глухонемые слепцы, хотя мы не глухи и не немы, не слепы, а потому оказываемся еще беднее и оторванное от всех. Чем именно было вызвано в ее душе желание подойти ко мне? Я этого не знал и никогда не узнаю, истоки ее желания погребены под щебнем и оползнями, -- но я все-таки не мог понять, почему эти странные отношения вызывают во мне такую смятенность: я же знал о ее болезни и знал, что видит она во мне не меня, и все же наши встречи будили тоску о чем-то неведомом, потрясали и порой делали меня то счастливым, то несчастным без всякого смысла и причины.

Встречаясь с Изабеллой (так звали девшуку), Людвиг также общается с врачом и священником при больнице, вступая в потрясающие демагогии о Боге, церкви, душе и человеке, где каждый оставался при своем мнении:

- Мы приносим умирающим на поле боя утешение - вы об этом как будто совсем забыли.
- Не надо было допускать побоища. Почему вы не объявили забастовку? Почему не запретили своим прихожанам участвовать в войне? Вот в чем был ваш долг! Но, видно, времена мучеников миновали! Зато когда я бывал вынужден присутствовать на церковной службе в окопах, я очень часто слышал моления о победе нашего оружия. Как вы думаете, Христос стал бы молиться о победе галилеян над филистимлянами?

Людвиг ходит в больницу, потому что не может туда не ходить, после того, как начал. Она привязала его к себе и не хочет отпускать, потому что там есть та единственная, настоящая и чистая любовь. Но и ее может быть слишком, когда она вот такая необычная и приносит боль вместе с лишними вопросами, которые лучше себе не задавать, чтобы жить счастливее. Поэтому побыв некоторое время в лечебнице, Людвиг "сбегает" в мир вне больницы, хотя его (мир) нельзя назвать ни здоровым, ни обычным, но в котором есть старые и новые хорошие знакомые и друзья.

Все книги Ремарка - набор мудрости и честности. Побольше бы таких книг. А именно эта книга... она о вечном - о любви, дружбе и самой жизни.