Сердцедер

Полноценное "иди на хуй, больной, безумный мир" послание от Виана - без лишних сантиментов, красивых девочек и новоорлеанского джаза. Поедание падали, пытки животных, избиение детей и секс с толстыми крестьянками почти на каждой странице - злющий сюрреализм, который не оставляет человечеству ни одного шанса на защиту. Параноидальные матери потихоньку сжирают мир, стариков продают на ярмарках, коровьи голвоы сажают на кол - а первого, кто испытает за это стыд заставят есть гнилое мясо в реке.

И понятно, что Виан по большому счету one trick pony - выдуманные слова, девиантные лингвистические конструкции, панковое отрицание всего на свете - все это у него есть и в "Пене дней", и в рассказах. Но в "Сердцедере" особенно концентрированный мрак и как следствие пугающе убедительная, кафкианская картина "полного опасностей, глубоко враждебного, непонятного и в основе своей бессмысленного мира".

Борис Виан для меня писатель особенный, один из любимых, за его "Пену дней". Данное произведение я пробовал читать раньше, но как-то не особенно проникся; зато теперь пришлось "в жилу". Причина, как мне кажется, проста - книга настолько жесткая и животрепещущая, что до неё надо дозреть.
Конечно, тут, как обычно у Виана, абсурд на сюрреализме сидит и чёрным юмором погоняет; но эта книга серьёзна, она глубока, хотя местами и может показаться излишне грубой или, например, неоправданно вычурной. Оружие автора - крайности, доведение до абсурда явлений и событий, которые в повседневной жизни мы считаем обычными и привычными, хотя они не так уж "нормальны" по своей сути.
Не даром главный герой - психиатр, пусть даже "пустой", как бы созданный из ничего, персонаж. В "Сердцедёре" поднимаются общественные проблемы вполне поддающиеся толкованиям по Фрейду. Это - сексуальность, отношения между женщиной и мужчиной, отцом и матерью, родителями и детьми. Самые сильные чувства и эмоции дополняются до полного набора жестокостью, жаждой зрелищ и хлеба, чувством стыда...
Из чего складывается наша жизнь? Как получаемся мы, те, кем являемся? Именно этот вопрос, как мне кажется, задал себе автор, когда брался за перо. Два мира – семья и общество, как два жернова, между которыми наше «Я» пытается заниматься проживанием СВОЕЙ жизни. Жакмор - главный герой произведения - проходит путь от пустоты и лёгкости к чувству долга и служению людям. А дети, существа слабые, и хотя способные «летать», абсолютно бессильны перед прессом родительской опеки, болезненной, нездоровой заботы. Отец сбегает из невыносимой для него больше "семьи", а мать потихоньку съезжает с катушек, всё больше впадая в паранойю и не только. А что твориться в деревне - вообще сказка, чем дальше, тем страшнее. Мы видим, что это странный, вывернутый наизнанку мир, табуированные темы здесь всплывают, как дохлые рыбы кверху брюхом. Здесь в порядке вещей издевательства над животными, жестокое обращение с детьми и стариками; религия тут - это своеобразное шоу, а стыд за свои поступки - под запретом. У Виана всё живое, даже деревья у него - как какие-то особые животные, их не вырубают, а убивают и они при этом страдают и кричат... Весь этот антураж, наделяет повествование такой пронзительностью и скрытой силой, что становиться страшно и стыдно за людей и за себя, в частности. Немного сглаживает особенно остроугольные моменты общая деревенско-отупляющая атмосфера, всякие разные новые и сборные слова-словечки, которыми так любит приукрасить текст Виан.
Признаюсь, были моменты, когда читать было очень тяжело, порой до нестерпимости, но оно того стоило. Одно из сильнейший произведений подобного жанра, да и не только – не смотря на все шероховатости.

Жизнь отвратительна и нет никаких шансов что-то исправить. Да никто и не пытается. Великолепная книга. Никогда не буду перечитывать.

Прежде всего, мне хочется сказать о языке Виана. Получил истинное удовольствие читая Сердцедёра, мне даже подумалось что не будь в романе вообще никакого действа кроме разве что самого минимального, слюноотделение на словесные обороты в нём использующиеся, у меня всё-равно было бы повышенное. Хотя великий могучий конечно сыграл немаловажную роль, ибо Сердцедёра я читал в русском переводе, уверен что в оригинале написано не менее вкусно.

- Ну, ладно – сказал Жакмор, - Я, пожалуй пойду.
- Ну, ладно – сказал Кюре, - вы пожалуй, пойдёте.
- Ну, так я пошёл, - сказал Жакмор.
- Он попрощался и, пожалуй, пошёл

Пожалуй, перейду ближе к делу.
У меня возникло такое впечатление будто Виан создаёт у читателя настроение, заставляющее его(читателя) думать будто он и есть здесь тот самый психоаналитик. А главное действующее лицо романа, Жакмор, есть «психоанализирумый». В то время как Жакмор в течение всего времени своего пребывания в доме на скале ищет кого бы пропсихоанализировать.

Сейчас объясню, зачем я сюда приехал. Я искал спокойное место для одного эксперимента. Так вот: представьте себе малышку Жакмора в виде какой-нибудь пустой емкости……»
«Я пуст. Во мне ничего нет, кроме жестов, рефлексов привычек. Я хочу себя наполнить. Вот почем я занимаюсь психоанализом. Но моя бочка – это бочка Данаид. Я не усваиваю. Я забираю мысли, комплексы, сомнения, у меня ничего не остаётся. Я не усваиваю

Чуть погодя читатель знакомится с Слявой. Стариком который зарабатывает на хлеб довольно необычным, но привычным в этом месте способом. Жители деревни приходят к нему, оставляют свои потаённую эмоцию..стыд, который в реальной жизни боятся испытывать. Платят Сляве за его труды золотом на которое он не может ничего купить ибо в деревне запрещено ему что-либо продавать. Ему платят деньги за то что он выгребает то дерьмо, что они сбрасывают в чистое море его сознания. Но что он может купить на это золото, когда вокруг столько грязи и единственное что ему остаётся это испытывать чувство стыда и подчищать, подчищать за другими?… Слява своего рода психотерапевт.

Люди изливают свою душу, всю грязь что в них скопилась на приёме у психотерапевта, но куда в свою очередь пойдёт психотерапевт, кому он может открыться?
Жакмор сам находит Сляву. Провести между ними некоторые аналогии не трудно. Первый хочет себя наполнить, второй вынужден наполнять себя.
Слява покинет это место только в том случае, если другому человеку станет больше стыдно чем ему. Вы станете таким же как они, говорит Жакмору Слява.
Наблюдать за постыдными действиями других недостаточно для того чтобы испытывать чувство стыда равное или превышающее чувство стыда Слявы. А видел Жакмор достаточно: «Он смотрел на обрюзгшую воду и старался не думать о том, что могло скрываться под её натянутой гладью» И Скрываться там было чему!
События в доме на скале останутся без комментариев.

....., судя по всему, но судить было не кому.

Увлекательное сумасшествие

Жакмор влачил тоску и грусть,
В деревне, где все наизусть,
Он думал, что года не вспять,
А на эмоции чихать.
Пустым он был, чего уж тут,
А результатов нет ничут,
Погода — серая мокрища,
Как яйца битые, грязища
Заляпала ботинки, ну и пусть…
Заорала какая-то птица.

Моей первой прочитанной книгой у Виана было "Я приду плюнуть на ваши могилы". Потом была та самая "Пена дней" и попытка смириться с тем, что это написал один и тот же человек. Но если "Пена" и "Осень в Пекине" - это попытка хоть как-то спасти этот гнилой и разлагающийся мир, то "Сердцедер" - это пощечина, презрение и приговор. Хорошо не стало и не станет никогда - мы все это знали, но все равно согревали собственным телом пули и искали гробницы. Теперь продаем стариков и вырубаем деревья.

Жестоко и мрачно. Только теперь Виан вовсе не стремиться спрятаться от бессмысленной реальности за хитросплетенными метафорами, а остается с ней один на один.

Самая жесткая и безумная его книга, но, по-моему, одна из лучших. Собрание отвратительности и мерзкости, при этом "вид у него по-детски жизнерадостный, естественный, совсем как у чулок, натянутых на насос, который выкачивает навозную жижу".

Виан как всегда прекрасен. На каждой странице можно найти цитату, которую хотелось бы выписать. Его видение и описание миров меня поражает и притягивает.

Книга про то, что нужно уметь отпускать и любить на расстоянии, а не душить своей любовью.
Пусть это даже твои собственные дети.
Привет, абсурд. Привет, впадение в крайности.
Типично для Виана: гнусная сатира и глумление над глупостями человечества и его пороками. Откровенное высмеивание ценностей того времени.
Собственно, за то и люблю Виана.

Адский, мерзкий, отвратительный, злой сюр. Но почему так завораживает?