Цитаты из книги Камера обскура

7 декабря 2009 г.

Густое счастье первой любви неповторимо.

14 июля 2011 г.

"Вода, мокрая, мокрая".

немецкая литература

12 мая 2010 г.

Ему нравилось помогать жизни окарикатуриться.

24 марта 2010 г.

Нельзя строить жизнь на песке несчастья <..> Это грех против жизни.

русская литература

2 июля 2011 г.

"Скажите, кстати, как вы придумали свой псевдоним? Я все хотел узнать?»
«Ох, это длинная история», – ответила она с улыбкой.
«Нет, вы меня не понимаете. Я хочу узнать. Скажите, вы Толстого читали?»
«Толстого?» – переспросила Дорианна Каренина. – «Нет, не помню. А почему вас это интересует?»

18 февраля 2011 г.

Весь мир был мокр от слез.

29 августа 2010 г.

Если мне бы сказали, что за это меня завтра казнят - я все равно бы на нее смотрел.

7 июля 2010 г.

Это была глупая мысль. Нельзя же в самом деле взять браунинг и застрелить незнакомку только потому, что она приглянулась тебе.

24 марта 2010 г.

Изюминка, пуанта жизни заключается иногда именно в смерти

русская литература

24 марта 2010 г.

знаешь, все в жизни всегда можно объяснить

русская литература

4 декабря 16:29

В третье свое посещение он твердо решил улыбнуться ей, однако так забилось сердце, что он не попал в такт, промахнулся.

17 ноября 20:11

Директором же сего заведения не был ни Бог, ни Дьявол. Первый был слишком стар и мастит и ничего не понимал в новом искусстве, второй же, обрюгзший чёрт, обожравшийся чужими грехами, был нестерпимо скучен, скучен, как предсмертная зевота тупого преступника, зарезавшего ростовщика.

27 сентября 22:44

Кречмар подумал: "Какое мне дело до этого Горна, до рассуждений Макса, до шоколадного крема..Со мной происходит нечто невероятное. Надо затормозить, надо взять себя в руки.."

4 августа 2011 г.

И внезапно с той судорожной суетливостью, которая в нем заменяла решимость, Зегелькранц отправился в Берлин.

4 августа 2011 г.

Вечером, когда Аннелиза вынула теплую стеклянную трубочку из-под мышки у дочери, она с радостью увидела, что ртуть едва першла через красную черточку жара. Ирма пощурилась от света и потом повернулась к стенке. В комнате потемнело. Было тепло, уютно и немножко сумбурно.

4 августа 2011 г.

Берлин, майское утро, еще очень рано. В плюще егозят воробьи. Толстый автомобиль, развозящий молоко, шелестит шинами, точно по шелку. В слуховом окошке на скате черепичной крыши отблеск солнца. Воздух еще не привык к звонкам и гудкам и принимает, и носит эти звуки как нечто новое, ломкое, дорогое.

1 июля 2010 г.

На другое утро она получила телеграмму из Гамбурга: "Комната оплачена до июля прощай доннерветтер прощай"

1 июля 2010 г.

Он пожал плечами, окинул Магду каким-то хлещущим взглядом, но вдруг просиял добродушной улыбкой, сел на диван рядом с ней и принялся рассказывать серию анекдотов о каком-то своем приятеле певце, который, в "Лоэнгрине", не успел сесть на лебедя и решил ждать следующего. Магда кусала губы и вдруг наклоняла голову, помирая со смеху. У Левандовской уютно трясся бюст.

23 декабря 2009 г.

Изюминка, пуанта жизни заключается иногда именно
в смерти

смерть жизнь

23 декабря 2009 г.

Смерть, - говорил он [Горн] еще, - представляется мне просто дурной привычкой, которую природа теперь уже не может в себе искоренить.

смерть

26 января 23:15

Художник, по моему мнению, должен руководиться только чувством прекрасного - оно никогда не обманывает.

4 декабря 15:08

Если мне бы сказали, что за это меня завтра казнят - я все равно бы на нее смотрел.

4 декабря 15:07

Нельзя же в самом деле взять браунинг и застрелить незнакомку только потому, что она приглянулась тебе.

24 ноября 23:06

те, кто думает о постели лишь в свете сна или занятий сексом, просто не понимают, что постель - лучшее место для философских дискуссий, споров и, если нужно, для откровений.

4 августа 2011 г.

Кречмар, отпирая дверь своей квартиры, с замиранием, со сквозняком в животе, думал о том, как сейчас встретится с женой, с Максом, – не почуют ли они измену (ибо эта прогулка под дождем являлась уже изменой – все прежнее было только вымыслом и снами), быть может, его уже заметили, выследили, – и он, отпирая дверь, торопливо сочинял сложную историю о молодой художнице, о бедности и таланте ее, о том, что ей нужно помочь устроить выставку… Тем живее он ощутил переход в другую, ясную, эпоху, которую он за один вечер так лихорадочно опередил...