Пена дней

ISBN: 5-352-01399-5
Год издания: 2005
Издательство: Азбука-классика
Серия: Азбука-классика (pocket-book)

Борис Виан писал прозу и стихи, работал журналистом, писал сценарии и снимался в кино (полтора десятка фильмов, к слову сказать), пел и сочинял песни (всего их около четырех сотен). Редкий случай, когда интеллектуальная проза оказывается еще и смешной, но именно таков главный роман Бориса Виана «Пена дней». Чего стоят только шпильки в адрес идола французского авангарда Жана-Поля Сартра! Напечатанная первый раз шестьдесят с лишним лет назад, «Пена дней» и в начале XXI века выходит во всем мире миллионными тиражами. Неслучайно Ф. Бегбедер поставил этот роман в первую десятку своего литературного хит-парада.

читать дальше...

Содержание

Интересные факты

[...] А возникла идея романа "Пена дней" так: в 1943 издательство Галлимара учредило премию Плеяды для начинающих писателей. Победитель получал крупное денежное вознаграждение и право публиковать свое произведение в любом парижском издательстве. В 1944 эту премию присудили Марселю Мулуджи, известному исполнителю песен, за роман "Энрико"; последнюю премию (в 1946) получит Жан Жене за пьесу "Служанки".

Секретарем премиальной комисси был назначен Жак Лемаршан, которого Борис помянет доброй шуткой в "Осени в Пекине", членами жюри - Андре Мальро, Поль Элюар, Марсель Арлан, Альбер Камю, Жан Полан, Рэймон Кено, Жан-Поль Сартр и еще несколько человек. Виан решил попытать счастья и в марте засел за работу. К маю роман был готов: озорная, остроумная и в то же время грустно-чарующая сказка. Мишель плакала, перепечатывая "Пену дней". Рукопись понравилась Кено, который нашел, что Виан опередил свое время; ее одобрил Лемаршан. Доброжелательно отозвалась о ней и Симона де Бовуар, которая успела прочесть ее до Сартра; она даже задумала опубликовать отрывки в новом литературно-философском журнале "Тан Модерн".

У Виана практически не было литературных соперников, премию сулили ему. И совершенно неожиданно присудили ее далеко не начинающему автору - поэту и аббату Жану Грожану, в его пользу прозвучало восемь голосов из двенадцати. Против "Пены дней" вели активную кампанию Жан Полан и Марсель Арлан, за что были сурово наказаны Вианом той же "Осенью в Пекине" и в новелле "Примерные ученики".

Борис был совершенно убит известием о своем провале, и Гастон Галлимар поторопился заключить с ним договор на издание "Пены дней". Роман вышел в престижной "белой серии" в 1947 году. И все же в течение нескольких месяцев после истории с премией во всем, что писал Борис, сквозила обида [...]

/из биографического очерка М. Аннинской/

еще...

Книга в подборках

Книги из видео PolinaBrz (Полина Бржезинская)
Полина Бржезинская (PolinaBrz) - блогер из Петербурга ( ютуб , инстаграм ).
Среди прочего, на ее канале достаточно большое количество видео про книги. В этой…
joch
livelib.ru
От секунды до вечности и наоборот
Народ, а давайте соберем художественные книги, в названии которых присутствуют единицы измерения времени, но не само слово "время".
Например:…
Esya
livelib.ru
Французская классика. 20 век.
Подборка посвящена классикам французской литературы 20 века. Лучшие произведения! Помощь в пополнении подборки приветствуется))
Голосуйте за любимые…
nastyprokk
livelib.ru

Рецензии читателей

24 марта 2016 г., 20:42
4.5 /  4.002

Ожидала я от этой книги чего угодно, но только не того, что получила в итоге. Весь роман – один сплошной эксперимент с формой, миром, метафорами и карикатурами. В силу моей неглубокой осведомленности в истории Франции второй половины 20го века, я уверена, что не уловила и половины тонких намеков, рассыпанных по тексту, как конфетти по новогодней елке. Но, то что мне удалось опознать - порадовало чрезвычайно.

Пена дней – книга о формализованной реальности, которая отторгает и вытесняет человека, как только он выходит за рамки привычной роли. Как только Колен перестает быть золотым мальчиком и задумывается о деньгах, его жизнь меняется в худшую сторону прямо на глазах. Самое явное проявление отвращения реальности по отношению к герою – медленное, но верное превращение шикарной многокомнатной квартиры в темную, сырую и затхлую нору, где нельзя даже выпрямиться во весь рост. Мир отторгает человека, которому нет в нем места. И все отчаянные попытки преодолеть сопротивление сложившейся системы обречены на провал. Представители Золотой молодежи Колен и Хлоя просто немыслимы в ролях героев, которые отважно борются с нищетой и несмотря ни на что живут долго и счастливо. В их астрологическом прогнозе в принципе не предусмотрена ситуация, когда они больны или бедны. Это невозможно, немыслимо, невыносимо. И самый простой, даже единственный способ разрешить эту дилемму – смерть, удаление раковых клеток из организма мира.

Отдельно хочется отметить персонажа Шика, думаю большинству книголюбов было интересно наблюдать за его книжным маньячеством и коллекционированием произведений Жана Соля Партра да,да, вам не показалось, это тонкий, но узнаваемый троллинг, причем одобренный самим Сартром. Было крайне любопытно, до какой грани дойдет герой в своем помешательстве и сможет ли он любящую самоотверженную девушку поставить выше своей пагубной страсти к экзистенциализму и главное его главному проповеднику. Лично я сравнила свою одержимость книгами с фанатизмом Шика и пришла к выводу, что не безнадежна, пока не безнадежна… Правда мне никто и 25 тысяч инфлянков не предлагал)

Отдельно стоит отметить завораживающую игру слов и образов, несочетаемое в обычной жизни выглядит настолько уместно в романе Виана, что начинаешь недоумевать, а почему таким метафорам, вещам или действиям не появиться в нашем мире. Давно бы пора, к примеру, изобрести пианококтейль. Сыграешь на нем «Show must go on» Queen и получится бодрящий и вдохновляющий на свершения коктейль. Так что для меня роман стал этаким литературным артхаусом, экспериментом со здоровой долей иронии и изящной пародией на человеческое общество, которое и по сей день, всех сбитых с ног сгребает в утиль, не разбираясь кто жив, а кто нет.

ИТОГО: Литературный артхаус, изящная пародия на человеческое общество, повальное увлечение экзистенциализмом и заимствования из американской культуры, имевшие место в послевоенной Франции. Необычно, интересно, но не для всех.

P.S. Очень хочу теперь посмотреть экранизацию)

10 октября 2011 г., 14:58
5 /  4.002

А у Синдея были дома, но не все,
А у Синдея была белка в колесе,
И тапером экзотический тапир,
И жирафом был кассир,
И приглашал всех нас в синематограф...
И Синдей собирал серебро,
Благо за ночь его намело,
И на улице было светло от того серебра.
Детворе на ура, и Синдею добро в закрома.
<...>
Но остался он без серебра,
Без кола и без двора,
И сказал: значит, время мое еще не пришло.
Но пришли доктора и сказали: пора...

                                         Веня Д'ркин



    Признаюсь, читая чужие рецензии, поленился глянуть, что ж за один этот Виан. И решил, что это очередной современный русский постмодернист. t1807.gif Поэтому, когда девочка из "Книгомании " после моего вопроса потащила меня к отделу "Классической литературы" и достала с полки книжицу с тангующей (вальс -- вальсирующая, танго -- тангующая, да!) парой на обложке, я малёх удивился. Когда же, полистав, узнал, что автор -- француз и писал это в 1946, энтузиазма ещё поубавилось. Ну, купил -- читаю.

    Книга начинается знакомством с молодым ловеласом, праздно существующем на нетрудовые доходы заколоченные предками сотни инфляков (туземные тугрики). Сладкая жизнь, вечеринки, девочки, личный повар с замашками Вудхаузовского Дживса, стильные интерьеры, богемные развлечения, дорогая одежда. Сюрреализм проявляется в угрях, которых повар ловит в водопроводных трубах, людях с голубиными головами, диких рецептах, умных мышах и удвоенном Солнце. Первая мысль -- герой видит все сквозь призму помутившегося разума, типа как Вождь у Кизи. Но окружающие видят все так же, и ни чему не удивляются, значит... А что это значит? Хм, почитаем-увидим.

    Юмор автора по началу сводится к беззлобным шуточкам, построенным на игре слов и стебе над стереотипами -- например, когда один гомосексуалист обвиняет другого в извращенных вкусах за то, что тому нравятся женщины. Пример игры с фразеологизмами -- рецепт приготовления колбасуся (суси из колбасы, да?)

"    Возьмите живого колбасуся и спустите с него семь шкур, невзирая на его крики. Все семь шкур аккуратно припрячьте. Затем возьмите лапки омара, нарежьте их, потушите струёй из брандспойта в подогретом масле и нашпигуйте ими тушку колбасуся. Сложите все это на лёд в жаровню и быстро поставьте на медленный огонь, предварительно обложив колбасуся матом и припущенным рисом, нарезанным ломтиком <...> Смажьте форму жиром, чтобы не заржавела, и уберите в кухонный шкаф"



    Забавно, но не более. Чуть веселее становится читать, когда дело во всей этой сентиментальной истории доходит до свадьбы. Пьяномарь и Священок, джаз-бенд в церкви, оформленной в психоделических тонах, аттракцион "пещера страха" в той же церкви -- все это задает игриво-мажорный дух, чем-то неуловимо напоминающий о "Bohemian Rapsody" в исполнении "Queen". Да, о музыке. Нею книга пропитана (фу, какой банальный оборот. Может, лучше "прозвучена"?) целиком и полностью. Тут и множественные упоминания отдельных композиций, и бульвар Луи Армстронга, и улица Джимми Нуна, и разговоры персонажей о блюзе и бугги. Прогрессивным для своего времени дядькой был Виан!

    Отгремела свадьба, свадебное путешествие, аллегорические виды промышленного производства из окна дорогого лимо, идиллия придорожного отеля...

    Дорога была что надо, с наведенным фотогеничными бликами муаром, с совершенно цилиндрическими деревьями по обеим сторонам, со свежей травой, солнцем, с коровами на полях, трухлявыми загородками, цветущими шпалерами, яблоками на яблонях и маленькими кучами опавших листьев, со снегом там и сям, чтобы разнообразить пейзаж, с пальмами, мимозами и кедрами в саду отеля <...> С одной стороны дороги был ветер, с другой не было. Выбирали ту, которая нравилась.
Тень давало лишь каждое второе дерево, и только в одной из двух канав водились лягушки.



    Но в этом моменте что-то ёкнуло внутри. Казалось бы, чем плохо?

255846.png

    Солнце подпекало упавшие в траву яблоки, и из них, прямо на глазах проклёвывались новорожденные зелененькие яблоньки, которые тут же зацветали и начинали плодоносить крохотными наливными яблочками. Яблоньки третьего поколения выглядели уже розрво-зеленым мхом и из них то и дело сыпались на землю красные яблочки-бусинки..



    Мирная уютная картина, но в ушах почему-то зазвучала депрессивно-тягучая мелодия "Shine On You Crazy Diamond" старых пердунов добрых "Pink Floyd". И всплыла в памяти мультипликация из "Стены" (кто видел -- поймёт о чем я)

    С этого момента... Что-то пошло не так. Незаметно добренький юморок Виана переростает в гротеск, упоминаемые композиции всё депрессивнее, шуточные аллегории в описаниях забав на катке незаметно подменяются мозгодробильными индустриальными зарисовками

    Над головой у него по большим трубам, выкрашенным в серое и красное, с храпом пробегали жидкости <...> Внизу перед каждой приземистой машиной бился человек,сражаясь, чтобы не быть искромсанным жадными зубчатыми колесами. У каждого на правой ноге было закреплено тяжелое металлическое кольцо. Его отмыкали дважды в день: в середине дня и вечером.
     Зрелище это было хорошо знакомо Шику. Он работал на краю одного из цехов и должен был следить, чтобы машины оставались на ходу: он давал указания рабочим, как вновь запустить их, когда они останавливались, урвав у трудяг очередной кусок мяса.



    Дружелюбный, чудаковатый сюрреалистический мир внезапно показывает свою обратную сторону: враждебную, чуждую "возвышенным" героям. Почему "возвышенным" в кавычках? А хотя бы потому, что за их напускным эстетизмом, манерами, тягой к контр-культуре кроется абсолютная пустота. Столкнувшись с проблемами -- болезнью, бедностью и социальным неравенством -- три влюблённые пары не делают никаких попыток порвать цепь неудач, изменить наклон плоскости, по которой они катятся. Вместо того, чтобы повернуть против течения, или хотя бы пытаться грести, оставаясь на месте, они как-то дружно отдаются на поталу волнам, и взмахи их рук нацелены только на то, чтобы огибать крупные валуны, часто разбросанные по течению бурной реки времени. На мелкие камешки внимание уже не обращается. Болезненное настроение героев незамедлительно отражается на окружающих их предметах, душевный упадок необъяснимо переносится на запущенность жилья, удары судьбы старят героев -- в паспорте Николя меняется на более раннюю дата рождения... Игра слов а-ля Станислав Лем переходит в игру смыслов и уж тут явно пахнет Кафкой.
    Финал... Финал -- во истину шекспировский. Всё, достаточно спойлеров.

    Что есть в этой книге? Быт и мировоззрение послевоенной неформальной молодёжи, экстаз, в который её приводит экзистенциализм Сартра и дух нового времени, несбыточность надежд и вечная любовь, разочарование и крах духовности перед материализмом. Трогательная, вопиюще трогательная (ой, чет меня на высокопарность понесло!) история.

    Это -- первая книга, которой я ставлю пять из пяти. Придраться не к чему. Блестяще, учитывая, что писалась она всего два (!) месяца и удачный (сравнивал с Ляпицким) перевод Лунгиной не в полной мере передаёт все тонкие полумёки Виана. Да, кстати, вот уж чего не понял -- так это зачем было переводить имя доктора Magestylo (дословно "скушай-ручку") как Д'Эрьмо. Наверное, единственный минус.

    Спасибо, Yrimono за, как всегда, дельный совет, Виана обязательно буду читать и рекомендовать всем.

10 марта 2015 г., 21:12
4 /  4.002

Виана, как всегда, читать очень напряжённо. Не трудно, а именно вот так — мучительно (но приятно) в визуальном плане. Постоянно надо держать в голове картинку того, что происходит, с мельчайшими деталями, потому что стоит упустить что-то из вида, как цельная ассоциация рушится и начинает казаться, что происходит какой-то несвязанный между собой абсурд. На самом же деле у Виана всё всегда предельно логично, только логика эта и события развиваются не в мире сознания, а в мире подсознания, тех же ассоциаций. И если перепрыгнуть на этой другой уровень восприятия, то...

...то история будет вполне себе обычной и приличной. Мальчик и девочка, встретили друг друга, полюбили, потом их начали заедать болезни и бытовые трудности, так что закончилось всё весьма грустно. Плюс чудесная боковая линия с Жан-Соль Партром, точнее, с его фанатом. Против Жан-Поля Виан как раз ничего не имел, его всего лишь было очень удобно взять, как символ, ведь на экзистенциализме во Франции в то время действительно "помешивались" до маньячного коллекционирования, бездумного поклонения на волне фанатизма и моды, на самом деле ничего не черпая из, казалось бы, должного нести знания течения. Но вернёмся к главной линии. Наша счастливо-несчастливая пара варится в настолько солипсистском мирке, что всё окружающее время и пространство подчиняется их умонастроениям. В хорошие дни светит солнышко, птички поют, окна сияют чистотой, а чудеса так и прячутся, пританцовывая, за каждым углом. Как только яркость жизни начинает хиреть, то и блеск мира тускнеет. Окна зарастают паутиной, стены сдвигаются, люди становятся злобными, всюду грязь и даже вкусную еду уже не приготовишь. На самом деле, так и есть, вспомните какой-нибудь свой неудачный день, когда кажется, что автобус специально обрызгал тебя грязью, угол кровати нарочно пытался сломать твой мизинец, а все окружающие, видя, что у вас всё валится из рук, так и спешат преподнести неприятные новости, словно специально их к этому случаю копили. Отсюда и напряжение визуального ряда — внутренний мир героев выплёскивается в паутину, разруху, горелые сосиски и непрекращающийся ливень только у тебя над головой.

Кстати, как по мне, экранизация очень даже удалась, хотя финал и чуть-чуть отличен. Зато тем, кому не хватило собственного воображения, можно подглядеть сужение пространства и запустевание в чужих глазах. Очень наглядно.

Виан нам показывает, что какой бы мир вокруг нас ни был — абсурдный ли, символический ли, шизофренический ли, всё равно все истории суть один-два-три-четыре великих архетипичных сюжета. А кто хочет видеть бред и только бред, тот всегда его найдёт.

28 октября 2013 г., 21:49
4 /  4.002

Когда в первом же абзаце главный герой подрезает веки, хочется ущипнуть себя и перечитать предложение сначала. Когда дальше на тебя начинают сыпаться разумные мыши, парные солнца и шейкерояли (о, я бы себе такой заимела!), привыкаешь и принимаешь правила игры Виана (а иначе к книгам вообще нет смысла приближаться), а потом и вовсе осознаёшь, что твои веки не надо ни подрезать, ни поднимать, как у Гоголевского Вия, потому что - ну вот же она, реальность, пусть и перекорёженная под дивным углом.

Виан - злой волшебник. Сначала он обрушивает на вас мир, в котором всё прекрасно, утончённо и изящно, краски сочные, настроение преотличное, денег тьма, времяпрепровождение шумное и весёлое, а расстройства возможны только от того, что тебе не в кого влюбиться. Такой золотой век, мир вечной молодости и вечного счастья с поправкой на некоторую чертовщинку. И создаётся ощущение, что главные герои так и будут все двести-с-чем-то страниц легко и беззаботно порхать по жизни. От этого немного передёргивает, потому что, когда отвлекаешься от красивостей, которые тебя окружают со всех сторон, почему-то оказывается, что "король-то голый!". Весёлые ребята - не более чем прожигатели жизни, а прекрасные девушки - безмозглые создания, едва поддерживающие диалоги. Но на каждую стрекозу найдётся своя зима, да и свадьбы в сказках случаются ближе к концу, а не к середине. И вот начинает нарастать напряжение и беспокойство. "Люди не меняются. Меняются только вещи" (с). Декорации всё те же - безумные, абсурдные, сюрреалистичные. Но сквозь добрый пейзаж Яцека Йерки проступает мрачняк Дали. Помните череп, сложенный из прекрасных женских тел? Вот оно же, только в тексте. Ироничная улыбка превращается в оскал и рассыпается в пепел на последних страницах. Занавес. Дни прошли, пена осталась.

19 июля 2013 г., 18:43
4 /  4.002

Вчера я уже пытался написать рецензию на этот роман. Но, пробежав ее глазами, понял, что это вовсе не то, что надо было бы сказать. Да и вчерашние впечатления были еще слишком сумбурными - им нужно было время, чтобы улечься.
Сегодня, проснувшись утром, я понял, насколько же сильно ковырнул меня этот роман. И его образы, странные переплетения абсурда и поэзии, затерялись где-то в сознании. Как в паутине, во мне повис целый мир этого романа, муравейник, кишащий победой над логикой. Я старался отогнать эти видения целый день, а потом рука потянулась за книгой, и я решил, что хочу перечитать его финал. И на моменте, когда гроб выбрасывают из окна, внутри что-то лопнуло. И будто это моя комната уменьшилась в размерах, и придавила меня...
Для французской литературы "Пена дней" Бориса Виана имеет особое значение. Роман носит звание культового и значит для французов примерно то же, что и "Мастер и Маргарита" для русскоязычного читателя. Кстати, именно с "Мастером и Маргаритой" иногда напрашивались ассоциации. Особенно, когда Ализа жгла книжные магазины. Да и во многих других моментах.
Об этой книге я слышал давно, она даже входила в предложенную программу по зарубежной литературе. Узнав о появившейся экранизации Мишеля Гондри и покорённый трейлером картины, я понял, что оттягивать прочтение больше нет смысла. И мой летний график запланированных к прочтению книг слегка расширился.
"Пена дней" на два вечена погрузила меня в странный мир, в котором гротеск смешался с поэзией, а разящая издёвка над вся и всем – различными характерами людей, стереотипами, философами-экзистенциалистами, церковью – сочеталась с проникновенным лиризмом. Вселенная, созданная Вианом, поражает воображение. Действительно, где еще можно попробовать на вкус любимые мелодии? Где еще за стеклянным коридором пылают два солнца? И где еще можно ловить рыбу в кухонной раковине? В этом мире разорваны все логические связи, а ходом событий правит абсурд. И все же, смотря в него, будто вглядываешься в кривое зеркало хорошо известного нам мира – нашего. Ведь это про нас: факт смерти человека меркнет перед фактом оплаты его похорон, и гроб человека просто так можно выкинуть в окно. И это про нас: оружие выращивают, забирая тепло человеческих тел, чтобы заполнить земной шар порохом. Это в нашем мире толпами поклоняются пессимистической философии, а молодые люди хотят любить, а не работать. И это у нас мышь идет сама в пасть коту, не в силах выдержать жестокости реальности.
Начинающаяся, как изящная история, в которой на влюбленных опускаются с небес розовые облака, пахнущие корицей, "Пена дней" вдруг оборачивается миром-кошмаром, миром-наваждением, в котором всё зыбко, всё страшно и бесчеловечно. Былую легкость романа сдувает, как пену. Кто-то страшный, невидимый (либо голое ничто) сдувает прежний, лёгкий до воздушности мир. Пены больше нет, есть уродство бытия, гротеск и ужас, наваливающиеся на героев и давящие, угнетающие. И финал романа - от него веет каким-то иррациональным ужасом. И ты ощущаешь почти физическую боль. От понимания того, что гротеском описана реальность, такая, какая она есть: чудовищный и равнодушный мир, который уничтожает поэзию человеческого сердца да и вообще те хрупкие миры, что заключены в нас. Разрушение мира. У каждого, наверно он есть, мир собственной души, вселенная, запертая в тело. Иногда эта вселенная гибнет - ее уничтожает внешний, безумный мир. Она корчится и стонет в нас, пока совсем не зачахнет. Вот об этом "Пена дней". Разрушение внутреннего "волшебного" мира, что сокрыт в нас... И, наверно, поэтому - так больно от финала...
Роман оригинален и вряд ли можно отыскать нечто похожее на него. Не всем в нем всё понравится. Не всё устроило и меня. Однако, это однозначно одна из великих книг ХХ века, шедевр сюрреалистической прозы.
Приятно удивила сюжетная линия Шика и Ализы. Он, бросивший любимую ради книг любимого философа. И она... а вот что сделала она - это надо только читать, ибо - шедеврально.
История Хлои и Колена более типичная и распространенная. Стара, как мир, и даже избита. Но каким эхом она овеяна? Все эти уменьшающиеся в размерах комнаты, стареющие дворецкие, борьба с цветком - с помощью десятков других цветов. И медленно увядание. И финал их любви... Мне почему-то представляется безбрежная серая масса воды и тоненькая колея. Колен балансирует над пропастью и высматривает в мертвых водах цветок лилии... Цвета вселенной погашены, все вокруг полиняло, а серая водяная поверхность с человеком, затерянным посреди нее, безгранична.
P.S. До прочтения романа желательно ознакомиться, как можно подробнее, с философией Сартра. Так как издёвка над ней со стороны Виана заставляет безудержно хохотать - уж очень виртуозно отравлены стрелы.

6 марта 2012 г., 04:54
1 /  4.002

И всё-таки пора вынести ЭТО из головы на, кхм, виртуальную бумагу монитора. Третья попытка, конечно, уже пытка (первую готовую рецензию сожрал кат, а вторую - просто технический глюк), но такую книгу, пока не напишешь о ней рецензию, навряд ли удастся задвинуть на задний план сознания (а очень хочется!)
Итак, мои фонтаны яда уже излились на встрече книжного клуба, осели, отстоялись, и выпали в самый низ этой рецензии, который я таки уберу под кат, а начну я всё-таки с хорошего.

Эхх, кто б мне сначала рассказал, кто такие экзистенциалисты, и с чем их едят, чтоб не отравиться, а потом уже дал эту книжечку, но, как говорится, всё к лучшему - впечатление оказалось тем оглушительнее. Вообще, моя "одна звёздочка" оценки отражает лишь мой личный панический ужас и книжное несварение от прочитанного, а по сути книга честно заслужила все свои пять объективных звёзд. Даже вырванный из контекста времени и места, Виан бьёт обществу не в бровь, а в глаз, и этого трудно не заметить. Если же рассматривать его именно в контексте послевоенной Франции, то он прямо-таки этому обществу раскаленную иголку в зрачок втыкает! Причем делает это с изяществом мастера - даже в переводе (Лунгиной поклон в ножки) текст, слог, язык - филигранно прекрасен уже сам по себе, как изящнейшая хрустальная ваза.. которую автор бьёт в мелкие осколки и насыпает их в калейдоскоп абсурдизма и гротеска. Результат - режет по мозгу, как Андалузский пес по глазам (кто знает, о чем я, того передернет, наверное). В общем, художественных достоинств у книги не отнять. Моральных, в общем-то, тоже - читателю со всех сторон показывается вся пустота и зыбкость "лёгкой жизни", до которой дорвалось послевоенное поколение французов после краха попыток отыскать смысл жизни на оставшихся после войны руинах идеализма, гуманизма и романтизма.

Но вот метод, метод, которым это делается...

Дальше прошу слабонервных, мато-восприимчивых, стариков, детей и беременных, а так же тех, кто намерен в будущем прочитать "Пену дней" и не хочет читать мои сюжетораскрывающие спойлеры, следующие ниже, под кат не ходить! Ибо...

9 июня 2013 г., 17:19
5 /  4.002
-А чем вы вообще-то занимаетесь?
-Учусь жить, - ответил Колен. – и люблю Хлою.


Знаете, почему я люблю джаз? Потому что он шустрый, вульгарный, веселый, и в то же время грустный и душевный. «Пена дней» похожа на джаз. Она бодрая и местами откровенно смешная, местами похожа на мультик, местами – на комикс, но в основном на современную комедийную сказку: мышки помогают по домашнему хозяйству, из крана в ванной льются рыбы и угри, влюбленные уединяются от прохожих в нежных облачках, а прекрасные девушки (пусть будут принцессы) страдают от водяных лилий, поселившихся в их легких. Главный герой (пусть будет принц), богат, мил и по-няшному нелеп. Но за всей этой блестящей мишурой пьяных плясок и дурманного смеха прячется одиночество, за шиком – темнота, за миражом солнечного дня – дождь и туман, а принцессы и принцы в итоге такие же смертные, как и все люди, а все люди – идиоты.

В мире Виана все метафоры оживают. Все неразумные существа и неодушевленные предметы – обретают разум и душу. И только люди и их проблемы, к сожалению, остаются такими же, как и в жизни. Кого только не высмеял Виан: и богатых мужчин, раскидывающих деньгами направо и налево, как правило, несчастных в личной жизни, и цветочных девушек, и дворецких, которые идеальнее своего хозяина, и фанатичных библиофилов (да и вообще фанатов в принципе).

Однако насколько бы сатиричными и грубо высмеивающими не оказались аллегории Виана, мне кажется, что это самая лучшая история любви, прочитанная мною за последнее время. Какой бы приземленной она не была.

23 августа 2013 г., 22:22
5 /  4.002
Колен вооружился щипчиками для ногтей и косо подстриг края своих матовых век


0_о Что он подстриг? Глюки, у меня определенно глюки!

Ему часто приходилось это делать — веки быстро отрастали.


А нет, не показалось. А ведь это всего лишь первый абзац! То есть мне на протяжении всей книги читать ПОДОБНОЕ? Ну что ж... замечательно!))

У этого произведения потрясающая атмосфера, которая затягивает, создает у читателя нужное настроение. В самом начале книги все так легко и непринужденно. Хотелось вместе с Коленом, Хлоей и Николя кататься на коньках, летать на облачках, ловить угрей в ванной. Да что там, я даже была бы не против подстричь веки, все равно они бы скоро отросли! Хотелось также влюбиться, также беззаботно тратить инфлянки на близких людей и ни в чем себе не отказывать.

А потом что-то произошло, в один момент все поменялось. Заболела Хлоя, и из-за болезни угасала не только она, но и все вокруг. Будто какая-то зараза распространялась в воздухе и отравляла Колена, Николя, мышек, даже квартиру. Даже мне становилось неуютно в этих постепенно тускнеющих стенах, хотелось залезть под одеяло и свернуться калачиком. Весь этот абсурдизм из начала книги никуда не делся, но если раньше он был ярким и задорным, то теперь он стал пасмурным. И тучи сгущались, и ветер завывал и вскоре грянул гром.

Вы знаете, я не филолог, не литературовед, не критик, я обычный читатель. Я не хочу проводить анализ того, что же автор хотел сказать своим произведением и правильно ли я его поняла. Поняла я его по-своему, и для меня моя версия является верной. Эта книга показала мне как болезнь близкого человека, будь она физической или психической (а может даже не болезнь в привычном смысле этого слова), затрагивает жизни окружающих людей. Она показала мне последствия, показала то, что хотелось бы избежать, что порой избежать трудно, но что нужно пережить. Наверное, благодаря этой книге я стала сильнее внутренне. Поэтому от меня просто большое человеческое спасибо Борису Виану.

11 июня 2015 г., 09:05
4.5 /  4.002

Флэшмоб 2015
5/11

Где-то посреди флэшмоба меня накрыл сюр...
Собственно, этой фразы вполне достаточно для того, чтобы объяснить моё впечатление. В книге удивительно яркие образы, изумительные символы и потрясающие сравнения... При этом она грустна и музыкальна, насыщена запахами цветов и несчастливыми героями.
Такие книги нужно или читать в первоисточнике, или доверять уж самым сильным профессионалам перевода. Мне повезло. Этот роман Виана переводила Лилиана Лунгина, а она, как оказалось, не только интересная и сильная женщина (что я узнала недавно из её автобиографического повествования), но и блестящий переводчик, что стало ясно сразу же, как только я открыла первые страницы этого романа.
Многие предыдущие рецензенты весьма ярко описали свой шок от первых фраз романа, и я признаюсь, что несмотря на свою готовность к нестандартности текста, тоже не ждала такого лихого разгона. Начинается книга просто пиршеством образов, ярких персонажей, неожиданных характеристик и вообще всей этой музыки и пустозвонства. Первые несколько страниц я хохотала в голос. Постепенно история становится романтичной, нежной, а в конце - и вовсе печальной. Но игра слов, невероятные сочетания смыслов, удивительные фразы - на мой взгляд, были главными героями книги. Словом, я не претендую на абсолютную истину, и просто обозначу, что меня в этом романе прежде всего покорил язык. Все эти волшебные сравнения, все эти абсурдные события. Линия фанатизма по отношению к Жану-Солю Партру задела меньше. На мой взгляд, её здесь многовато, как и всех отсылов к реальным личностям типа герцогини де Будуар. Уверена, что тут хватило бы двух-трех намеков, а уж если Виану так необходимо было излить свою желчь (или иронию), он легко мог посвятить этой теме отдельную историю.
А книга эта - безусловно - о любви. О времени, в котором нет у человека иной точки опоры, кроме любящего близкого. О невозможности жить без такой опоры. О том, что дар любви щедро раздается разным людям - не только достойным уважения серьезным писателям, но и разгильдяям, пустышкам и вертопрахам. И любовь обогащает. Наполняет смыслом и светом жизнь тех, кому она дарована...

19 октября 2011 г., 14:06
4 /  4.002

О!!!! Мой мозг взорван!!!!
Что это? Как это? Скажите, КАК должна работать голова автора (или что там участвует в создании художественных произведений), чтобы придумать такие образы, такую атмосферу, такие повороты сюжета, такой финал???!!!

Мои впечатления противоречивы и примерно таковы:
Я не знала, что мне делать при чтении романа - думать-размышлять? слепо восхищаться? хохотать? рыдать???
Сколько игры слов, сколько скрытых и прямых намеков, аллюзий, параллелей!...
Сколько оригинальности!
И при этом сколько нашей с вами жизни!...

Мне было любопытно. С первых строк. Вот прям с первых его "Отложив гребень, Колен вооружился щипчиками для ногтей и косо подстриг края своих матовых век, чтобы придать взгляду таинственность. Ему часто приходилось это делать -- веки быстро отрастали." - я аж подпрыгнула от неожиданности, да так и не оторвалась от книги.

Ну а дальше... А дальше я сделаю то, чего никогда на этом сайте не делала: я просто дам ссылку на чУдную рецензию - лучше об этой книге я сказать не смогу.

СПАСИБО ОГРОМНОЕ, ДОРОГАЯ Lillyt , ЗА ТАКОЙ ЯРКИЙ СОВЕТ ВО ФЛЭШМОБЕ!

все 357 рецензий

Читайте также

• Топ 100 – главный рейтинг книг
• Самые популярные книги
• Книжные новинки
Осталось
218 дней до конца года

Я прочитаю книг.