Отель "Нью-Гэмпшир"

Любовь, как и грусть, может принимать разные формы. И надо постоянно быть настороже, чтобы вовремя распознать ее - и успеть если не защититься, то подготовиться к встрече.

От этого мира кружится голова, кажется, что в туманный день сидишь на карусели - а мимо проплывают снова и снова одни и те же, но неуловимо меняющиеся картинки: вот отель, а вот пятеро детей, вот медведь, а вот собака, вот кровь, пахнущая кофе, и сливки, пахнущие кровью, а вот любовь и грусть, которые так похожи друг на друга. В этих картинах нет ничего нереального, и все равно описанный Ирвингом мир кажется сном - но не потому, что в нашем мире мало сливок и крови; не потому, что по улицам у нас не ходят медведи - в конце концов, медведи, как и любовь, и грусть, могут принимать разные формы... и, несмотря на головокружение, на влажный, пугающий запах морского тумана, просыпаться не хочется. Пусть подольше тянется сон, в котором у каждого есть умный медведь, где любовь не тонет, несмотря на плывущую рядом грусть.

...бесполезно пересказывать сны. Самые яркие из них в пересказе становятся плоскими и серыми, и проще промолчать, чем объяснить, почему проснулся в слезах или с улыбкой. У книги одно выгодное отличие от сна - ею можно поделиться. А книга Ирвинга хороша еще и тем, что ее можно читать по-разному - как и любую хорошую книгу, и найти в ней каждый может что-то свое.

Надеюсь, среди найденного попадется хотя бы один умный медведь. А, может, маленький медвежонок, которого можно будет вырастить. И тут уже от нас зависит, вырастет ли он умным, не так ли?

Просто помните, что настоящая любовь не тонет.
И проходите мимо открытых окон.

Собираясь писать отзыв о прочитанном "Отеле "Нью-Хэмпшир", просмотрела восторженные хвалебные отзывы о нём. Удивилась. Ещё раз сверилась с данными на обложке книги. Нет, я всё-таки ничего не напутала и читала именно её, однако же желания превозносить автора сего действа до небес не возникает.
Ну, семейная сага. Читается легко, спорить не буду, хотя элемент занудства присутствует. Постоянные реверансы в сторону извращённого секса и увлечения бодибилдингом уже к середине книги начали заметно утомлять. Инцестуальные мотивы взаимоотношений "Джоника" с Фрэнни предсказуемы аккурат с аннотации и обещания фрейдистских перепевов. Складывается впечатление, что автор знаком с творчеством великого и ужасного только по единственной работе "Тотем и табу", где как раз идёт речь о табу на кровосмешение.
Медведица Сюзи меня просто выключала, опять-таки непроходимой предсказуемостью, в самом нехорошем смысле.
Хотя опять-таки юмор присутствует, назвать книгу совсем уж унылым говном язык не повернётся. В некоторых сценах, а в частности, в последней с участием Чиппера Доува, возникал вопрос, что курил автор. И не выкурить ли мне того же, чтоб догнать весь комизм ситуации.
Герои какие-то чахлые, у старшего брата, помнится, был манекен, так вот все герои - это сплошные манекены с маниакальной жаждой индивидуальности, единственное исключение - Фрэнни, вот она настоящая, ей веришь. Впрочем и сам герой признаёт это её преимущество.
Кстати, Лилли - маленькая писательница всё время писала, чтобы подрасти, не потому что она была талантливой, а просто ради преодоления, вот не могу избавиться от предположения, что она-то и есть отражение самого автора с его идеями о "настоящей" жизни. Вы видели в гостиницах и на улицах города медведей? И я нет. Дебилов видела, медведей нет. Так где она правда жизни, где реализЬм, мать его?
Так что дальнейшее знакомство с Ирвином придётся, увы, свернуть, ибо, как я поняла, стиль его меня не вдохновляет.

Проходи мимо открытых окон

624 страничная сага/притча/эпопея о жизни семейства Берри с 1939 по начало восьмидесятых. Если мне вдруг зададут вопрос: чем тебя так увлекает Ирвинг, я на него отвечу не сразу, если вообще отвечу. Отвертеться банальным «а потому что» не получится, а сказать - сколько пластов плоти и души вскрывает его слово, чтобы добраться до самой середины – почти ничего не сказать. Пожаловаться на косноязычие не могу (хотя от этого никто не застрахован), но тут мне явно не хватает красноречия. Все равно что спросить человека за что он любит кого-то. Любовь, именно настоящая любовь, она не может измеряться в каких-то материалистичных килограммах, литрах, выгоднических метражах или массах. Как сказал Капоте в «Цветочном доме» это… словно сердце перцем обсыпали. Это когда ты беспричинно улыбаешься самой себе, гладишь книгу и задумчиво смотришь куда-то вдаль, вдруг начинаешь перелистывать на несколько страниц назад и заново перечитываешь парочку абзацев; когда вообще начинаешь читать с любой страницы; когда герои тебе снятся; когда ты рыдаешь над их горем и смеешься от их счастья; когда, перевернув последнюю страницу, ты не торопишься ставить книгу на полку.


Пересказывать сюжеты Ирвинга дело весьма занятное и кропотливое, потому что зачастую в них много действующих лиц, даже второстепенным героям уделяется немало внимания, места и творческо-писательских сил. «Гарпо-творческий» период Ирвинга представлен на суд читателя 5 романами (по крайней мере, автор благодарит свою жену за вдохновение, хватившее для пяти романов), на мой взгляд, объединенными медвежье-венской темой. Три из них, «Семейная жизнь весом в 158 фунтов», «Мир глазами Гарпа» и «Отель Нью-Хемпшир» я уже прочла. Осталось вычислить еще два. И найти экранизацию. И съездить в Вену, отыскать там отель «Захер» и спасенную от бомбистов венскую оперу, J а заодно прокатиться в штат Мэн. И купить дрессированного медведя с мотоциклом. Или хотя бы медвежий костюм. И обучиться таксидермическому ремеслу и никогда им не пользоваться. И прочесть Фрейда. И ходить, опираясь на бейсбольную биту. И купить себе отель на побережье и никого в него не заселять. И нарожать себе пятерых детей и рассказывать им небылицы, которые на самом деле сущая правда.

Говорят, что писатель всю жизнь пишет одну книгу. Про Джона Ирвинга, мне кажется, это очень верно. И хотя в "Отель Нью-Гемпшир" нет странной матери-одиночки с сыном (и почти нет частной школы), а есть наоборот полная семья с множеством детей, связь с другими романами Ирвинга очень тесная.

Ирвинг все время пишет о каких-то "извращенцах", маргиналах, о каких-то перипетиях на грани реальности, но по существу он всегда пишет об одном: о нескладности, трагичности и вместе с тем величии и глубине обычной человеческой жизни.

В мир книг Джона Ирвига окунаешься с головой. Очень странное семейство. Очень много всего с ними случается – любовь, взросление, потери близких, авиакатастрофа, изнасилование, теракт. К ним прибиваются другие странные персонажи и остаются навсегда. Повторящиеся у Ирвинга сюжетные повороты - Вена, медведь, отель – как ни странно, не раздражают. Слишком колоритные герои, которые вызывают уважение и восхищение стойкостью и какой-то американской жизненной мудростью. Они не рефлексируют, всю жизнь лелея беды, с ними приключившиеся, а просто живут, поддерживая друг друга.

Эта книга не могла меня не впечатлить. Она, в общем то, отражает как раз все то, что я люблю - тет-а-тет повествование, ключевые повторения, герои, которые представлены так открыто и так "доступно", что ничего не остается, кроме как следить за их собственным переосмыслением, их взрослением и становлением как личностей. Более того, Ирвинг не просто пишет историю жизни какой то семьи, он составляет свое собственное "пособие" по Фрейду, целую книгу представляет как одну большую цитату на жизнь. Я не могу это Не Ценить. Я не могу это Не Оценить.
И для меня книга не была предсказуемой. Я страшно удивилась и расстроилась, когда ушли Мэри и Эгг. Разве можно нормально отреагировать, когда несколькими страницами ранее, Ирвинг пишет:

Она была мягкой пышной женщиной, к которой отец явно любил притрагиваться. Он всегда прятал свое лицо у нее на шее, обнимал ее сзади, накрывая руками грудь, а она только притворялась, что сопротивляется. Когда отец был поблизости от матери, он напоминал собаку, которая вечно кладет морду вам на колени, собаку, чью морду так приятно чувствовать у себя под мышкой или в паху, - я вовсе не имею в виду, что он был с ней груб, но он всегда старался дотронуться до нее, крепко обнимал ее, тискал.

Многое не оставило меня равнодушной, но апогеем стал небольшой отрывок:

- Это просто я. - Какая то усталость в ее голосе заставила Фрэнка посмотреть на часы и насторожиться. Фрэнк помнит, что в последовавшей за этим паузе он прошептал ее имя.
- Давай, Лилли, - прошептал он.
И Лилли пропела свою песенку, маленький отрывок; это была одна из "песен молодого вина"; глупая печальная песенка, которую пел мышиный король. Фрэнк, конечно, знал эту песню наизусть.

Продай мои старые одежды, я ухожу на небеса.

- Боже мой, Лилли, - прошептал Фрэнк автоответчику и начал быстро одеваться.
- Auf Wiedersehen, Фрэнк, - сказала Лилли, когда закончилась ее коротенькая песенка.

Она оставила записку лучше...Лилли не была чокнутой. Она оставила серьезную записку самоубийцы.
"Извините, - говорилось в записке. - Все таки не доросла".

Конечно, я до последнего надеялась, на "цельный" конец. Я не хотела отделять Джона от Фрэнни, обособлять Фрэнка и тем более видеть рядом с ними других партнеров - Младшего Джонса и Сюзи. Но, наверно, так тоже неплохо, тем более, что каждый из героев сделали друг для друга очень много.
А Джон, он как раз та самая золотая середина, балласт, который уравновешивает "слепого" отца, терпеливую мать, сильного Айова Боба, бойкую Фрэнни, задницу Фрэнка, малышку Лилли и Эгга, который так и остался просто яйцом.

Привинчены на всю жизнь!

Ирвинг - писатель историй с продолжением. Он их придумывает очень занимательные - такие, что оторваться невозможно. В своем жанре - он один из лучших.

По его книгам самое милое дело сериалы снимать - такие добротные, с развитием отношений, персонажей.

Очень круто, эрл!

Четвертая (почти подряд) книга Ирвинга, которую я читаю, но не заебало ни разу. Буйство сюжета!

Читать Джона Ирвинга одно наслаждение! Самое трагичное в его книгах превращается в комичное. Ему как никому хорошо удаются семейные саги. Мне нравится его стиль, фантазия. И, ох, уж как же он любит медведей! Первую его книгу прочитала "Мир глазами Гарпа", а эта была вторая и ни чуть не хуже! Буду читать его книги и дальше)

Очередная схваченная впопыхах в библиотеке книга. Единственный плюс - легко читается. Остальное... Тупость, мерзость и липкость, выдаваемая автором за обыденность, более того - нормальность. Инцест, воняющий пес, потом его вездесущее чучуло, изнасилования, мерзкая тетка в медвежьем костюме... После книги хочется хорошенько потереться мочалкой, чтобы смыть с себя всю эту дрянь.
Множество хвалебных отзывов уже не удивляет. Кто-то же смотрит "Дом-2" с удовольствием, почему бы и Ирвинга не?...