Гэм

Я была слегка насторожена неоднозначными рецензиями на эту книгу. НО мои опасения не оправдались. Я в восторге от книги.

Да, это не совсем привычный Ремарк. Но книга пропитана столь необыкновенным настроением и шармом, что глотаешь каждую строчку как вкусный летний чай.

Довольно нетипичные для Ремарка объемные описательные отступления переполняют книгу. Вообще, я ярый нелюбитель долгих, утомительных и иногда слишком нарочитых описаний и мыслеизречений, которые часто вообще опускаю в чтении. Но в этой книге я от них оторваться не могла. А сколько шикарных цитат я выписала! Правда в некоторых моментах мешает излишне сложное повествование, но думаю это всего лишь издержки перевода. Как обычно и бывает.

На фоне ярких красок путешествия, подчеркиваются тонкие нити человеческих взаимоотношений. Ну и конечно любовь. Как без нее у Ремарка? )

От книги осталось очень мягкое и солнечное настроение.

10 из 10

Слишком "натянутые" и неправдободобные диалоги, герои не вызывают совершенно никакой симпатии. Хорошо, что из Ремарка прочитала эту книгу последней. После неё совсем отпадает желание читать Ремарка.

Единственная книга у Ремарка, которую я читала через силу.

По мере прочтения этой книги мнение о ней несколько раз менялось.
Сначала я ждала чего-то.... ждала, что узнаю привычного любимого Ремарка, каким я его помню по "Триумфальной арке" и "Трем товарищам", такого страдающего, глубокого, болезненного, чуткого. Потом поняла, что эта книга не вписывается ни в какие мои представления об этом авторе. Недосказанность фраз и половинчатость описаний стали вызывать раздражение. Потом неожиданно я втянулась и начала испытывать от прочтения удовольствие. И, наконец, я поняла, поняла что хотел он сказать этой книгой, в чем ее прелесть и очарование. Всего 200 страниц - и такая буря эмоций, такой калейдоскоп настроений!

Но ведь именно это в романе "Гэм" самое главное - чувства, настроение, ощущения. "Гэм" не имеет ни начала, ни конца. Это вырванный из жизни кусочек. Мы ничего или почти ничего не знаем о судьбе героев - кто они такие, чем зарабатывают на жизнь, почему оказываются в тех или иных местах, как они выглядят, во что одеты... Но зато мы знаем очень многое об их душе. Этот роман словно вывернут наизнанку. Все внешнее - сюжет, события - смазано, размыто, описано как-то блекло и не эмоционально. Зато внутренне - переживания, мысли, чувства главной героини, ее восприятие мира - предстает перед нами живо, выпукло, ярко. Это очень непривычно, но вместе с тем и завораживающе.

Ну и, в конце концов, нельзя не узнать блестящий язык Ремарка - удивительные метафоры, образы, сочетание несочетаемого, тонкую передачу цветов, запахов звуков, удивительную атмосферу, сотканную из мелочей. Книга дышит, в ней чувствуется красота и биение жизни.

Этот роман великолепен. Он весь - гимн свободе, жизни, мирозданию, гимн безумным чувствам и пламенной страсти, слиянию человеческой души с природой, гармонии. Он заставляет восхищаться тем, что вокруг нас, открывать в себе скрытые возможности, ломать барьеры. Он окрыляет :)

Возможно, в этом романе воплотился максимализм, так присущий молодости. Ведь это одно из ранних произведений автора. Но от этого оно не теряет своей ценности. Терпкое, бодрящее, уточненное, оно только лучше помогает понять Ремарка - такого, каким мы его знаем

Прочитала 4 года назад.

Прекрасная книга писателя-мужчины о несуществующей женщине. О женщине-мечте.
Оказывается, Ремарк не только о войне, но и о любви пишет печально, страницы наполнены тоской и страданием.
Бессловесная прекрасная женщина, которая ни разу не подумала ни о своей красоте.
Как собачка. Все женщины знают, что это - неправда. не бывает таких женщин.

Язык книги прекрасен, такой одухотворенный романтизм. Растворение в природе, окружающем мире. Чувственная, поэтическая сказка о реальном мире.

Интересны размышления о "болезни посредственности". Все эти "Фреды", которым не ведом полет.

А вообще хорошо быть богатой красивой бездельницей из высшего общества :)) Куча денег и куча времени, куча поклонников и мало мыслей, в основном чувства.
-----------------------------------------

Цитаты, с которыми не могу расстаться.

Когда звучит скрипка, кажется, что никогда не умрешь.

Гэм вдруг постигла суть женской бессловесности. Речь и мысль
принадлежали мужчине. А женщина рождена из безмолвия. Она живет в чужом краю
и всего лишь выучила тамошний язык; родным ей он никогда не был. Она
поневоле переводит свое сокровенное в понятия, которые не отвечают ее
сущности, ибо принадлежат они мужчине. Она пытается изъясниться -- и всегда
тщетно. Никогда мужчине ее не понять.
Смутно вырисовывался удел женского бытия -- обращение к толкователю:
скажи ты, чт?о во мне, я говорить не умею... Вечная покорность, вечная
ненависть, вечное разочарование.

глубочайшее переживание себя как человека, сосредоточенное в эротических
сферах, потому что она была женщиной.

Как вам угодно. Отбросим эмоции. Поднимем забрало: я привез вас
сюда, потому что все здесь -- от обитателей и до букета цветов в вазе --
проникнуто моей волей и на всем лежит мой отпечаток. Разве я постоянно не
говорю с вами через посредство этих моих поверенных? Через мое раскинутое на
этом уровне "я", которое действует на вас со всех сторон?

Ты встретишь еще многих людей, прежде чем придешь к себе.

Сежур
Когда более не жаждешь обладать, тебе принадлежит весь мир.

я называю это зеркальным существованием. Бытием без рефлексии и
желаний... Как дивная фата-моргана будет оно витать над всем беспокойством
вашего будущего. Позднее, когда вы приблизитесь к нему, оно станет частью
вашего "я".
-- Никогда, -- сказала Гэм.
-- Никогда не говори "никогда"...

Под этой химерой, любовью, зияла бездна. Люди старались до краев
засыпать бездну цветами этого понятия, окружить ее жерло садами, но она
разверзалась снова и снова, неприкрытая, непокорная, суровая, и увлекала
вниз всякого, кто доверчиво ей предавался. Преданность означала смерть, а
чтобы обладать, нужно было спасаться бегством. Средь цветущих роз таился
отточенный меч. Горе тому, кто доверчив. И горе тому, кто узнан. Трагизм не
в результате, а в изначальном подходе. Чтобы выиграть, нужно проиграть,
чтобы удержать -- отпустить.

А дело все в том, что моря успокаиваются не сразу, им нужно время. Быстро успокаиваются только пруды.

Нарциссовые луга залиты потоками света. Стройные листья, точно стражи
под бледными венцами лепестков. Бабочки в истоме висят на цветках, жуки
проворно карабкаются по стеблям. Золотые и зеленые надкрылья мелькают среди
травинок. Пчелы гудят, словно органные басы.
Гэм шла и чувствовала каждое движение своего тела. Чувствовала, как
ноги ступают по земле, как пальцы начинают шаг, как гибко перекатывается
стопа. Суставы колен пружинили в такт походке. Бедра несли спину и двигались
в том же ритме, что и плечи. Какая благодать -- поднять голову, запрокинуть
ее... и ощутить на лице скольжение воздуха.
Жизнь -- это все. Гэм ни о чем не думала, она просто шла и жила этим.
Жизнь -- это все... Я ощущаю... божественное чувство... мир молод, как я...
И пока я ощущаю себя, мир существует... Пока я живу собой, я живу всеми...

Стихия не спрашивает и не отвечает... она просто существует...

- Не страшно ли, - сказала Гэм маркизе д'Аржантейль, - что нашу жизнь определяют не могучие и шумные события, а мелкие, почти незаметные. И опять-таки не взаимосвязанные логически, а как бы подброшенные случайно - вот они-то и чреваты внезапным беспокойством и новой дорогой. Такое ощущение, словно под этой будничной жизнью вершится еще какая-то другая, тайная, и все наши представления о собственном бытии и развитии суть лишь нечаянная параллель; в один прекрасный день тебя настигает рывок - и все знание опрокидывается...

Маркиза д'Аржантейль добродушно посмотрела на Гэм.

- Прекрасная, блистательная речь поэта на сцене не трогает так, как неведомый зов в ночи, который отзвучит и стихнет, где-то далеко-далеко... Тысячами смыслов облекает его фантазия... Он будоражит и наполняет сердце тоской, никакое изреченное слово с ним не сравнится... Он проникает с кровь... в это темное, таинственное наследие, дарованное нам природой, через которое она зовет... и определяет. Отклик пробуждается от случайного звука... гудит и не смолкает... наперекор всем мысленным возражениям, всем желаниям... Ты можешь называть его безрассудным... он все равно гудит, и заглушает все, и манит, и побеждает... Последуйте этому зову... он не обманет...

- Да, - тихо сказала Гэм и улыбнулась, - разве я могу иначе...

...Кто дерзнет назвать что-то мертвым, лишь оттого что оно пребывает в покое? Кто дерзнет сказать, что лишь движение есть жизнь? Разве оно не промежуточно и не преходяще? Ведь им выражают умеренные чувства, разве не так? Самое глубокое ощущение безмолвно, и самое высокое чувство вырастает из в долгую судорогу, и восторг венчается оцепенением, и самое мощное движение есть... покой, разве не так? И, быть может, самая живая жизнь - это смерть? О экстатика вещей!

Красивый богатый язык с множеством красочных эпитетов. Все такое эфемерное, легкое, живое. Герои до того неординарны, что... перестают быть похожими на живых людей. Столько экспрессии, страсти, тут и там контраст прекрасного и уродливого. Чуть ли не каждое предложение - хоть сейчас в подборку "мысли мудрых людей". Но пусто, пусто, пусто... Сладкая вата из слов.
Дочитала через раздражение, периодически посматривая, а Ремарка ли вообще я читаю? Не знаю, что это было - то ли помутнение, то ли напротив - квинтэссенция таланта, меня не тронуло совсем... Почему? Старость что ли надвигается? Ведь такая любовь описана....

Книга не похожа ни на одну, что я читала у Ремарка, но мне все-равно понравилось. Красивый слог, красивая Гэм, красивые описания местности...

Под конец мне все книги почему-то начинают нравиться! Так было и с "Гэм". Все интересные моменты начались после прочтения половины книги. Но начинать ее было неимоверно трудно - я осилила произведение лишь со второго раза.
И конечно же Ремарк был бы не Ремарком, если бы в конце кто-нибудь не умер!

Пожалуй, худшая книга Ремарка. С претензией на внимание к философии взаимоотношений мужчины и женщины. И только.