Меня зовут красный

Еще одна капля в море чернил, пролитых на тему конфликта Востока и Запада. Насколько я могу судить (а это третья прочитанная мною книга Памука), эта тема является, если не главной в творчестве автора, то уж точно одной из. И по сути неважно, когда разматывается клубок истории: в наши дни или в XVII веке. Неважно, на фоне чего: любовных драм, политических конфликтов или искусства. Важен только один вопрос, вопрос идентичности: кто мы? с кем мы?

В этой книге завораживает несколько вещей. Плавный, неторопливый, бесконечно простой, но очень красивый язык. Слова словно вырисованы друг за другом кисточкой. Как прихотливый узор на средневековой миниатюре. Реальность, которая не похожа на привычную нам. С ароматами сладостей, женскими половинами дома, шумными кофейнями и прочими обязательными атрибутами восточного города. И, конечно, рассуждения о Востоке и Западе, всевозможные притчи и отсылки к прошлому, особенно интересные тем, что речь идет о столкновении традиций восточной (точнее персидской) миниатюры и европейской живописи.

В этой книге есть еще одна вещь, которую я особенно ценю в писателях: умение в двух-трех скупых предложениях нарисовать целую картину, пропитанную эмоциями. По ночам в постели я обнимала детей, и мы вместе плакали. Чтобы утешить их, я придумывала, что кто-то видел их отца и сказал, что он вернется до весны, потом от них эту новость узнавали другие, и когда она, сделав круг, доходила до меня как «добрая весть», я первая в нее верила.

Сюжет интересен сам по себе: убивают одного из художников мастерской, работавших над таинственной книгой. И одному из героев во что бы то ни стало надо найти убийцу. Этакий детектив на турецкий лад. Интересен и прием, который использует Памук: вести последовательное повествование от лица различных персонажей.

Почему оценка нейтральна?
Потому что размыта и невнятна концовка.
И потому что, на мой взгляд, Памуку не удалось прорисовать характеры. Героям не хватает глубины. Они - словно те самые примитивные портреты, в которых художнику не удалось не то что ухватить суть человека, но даже и нанести на карту лица все морщинки. И от этого теряется весь кайф. Они замечательно рассуждают о живописи, но они совершенно не понятны мне как люди. Не закрашенные силуэты на белом листе бумаги. В первую очередь, я имею ввиду трех художников, среди которых есть убийца. Они все для меня остались на одно лицо. И это грустно.

За совет спасибо Kromeshnitca .

Неудачное, на мой взгляд, дебютное знакомство с Памуком. Может быть, ожидала от этого известного автора раскрытие моей души, цепкий слог или, на крайний случай, просто интерес.
В этой книге лишь один плюс - красивый, плавный слог. Сюжет сам не зацепил - Мадам вдова с двумя детишками не знает что ей делать. Решила выбрать себе мужа и вышла замуж, но не от большой любви. Все основные действия происходят в русле любви к рисованию, в среде художников. Убийства, факты, расследования... В итоге кровавая месть и счастливый конец. Книга написано от нескольких лиц, что в процессе чтения затруднило доступ к полноценному восприятию. Ох, уж мне эти постмодернисты... Никак к вам не привыкну.(( Ну нет там красивой истории!

Средневековый Стамбул. В мастерской, где по заказу падишаха идет работа над книгой, убит один из художников. Расследование убийства служит только канвой, основная же нить повествования – это по-восточному тонкий, витиеватый и мудрый рассказ об истории и философии рисунка, турецкой миниатюры, каллиграфии и процесса создания книги. Может ли настоящий восточный художник иметь свой стиль и быть новатором, перенимая западные традиции, которые предполагают изображение предметов в перспективе и написание портретов, или истинный талант творца состоит в четком и безукоризненном следовании и сохранении традиций старых мастеров, избегая любых проявлений собственной индивидуальности, включая возможность поставить подпись под своей работой. Об этом ведут подробный рассказ, последовательно каждый от своего имени герои романа, предлагая нам каждый свое видение событий.
После прочтения поискала в интернете и рисунки и дополнительную информацию, все же зацепило меня. Думаю, роман понравится тем, кому интересен сам предмет исследования автора в принципе и восточная культура.

Настоящая восточная сказка. Не приправленная сладкой пылью рахат лукума, не одетая в яркие шелка, неприкрытая ничем, нагая и от этого очень близкая к реальности. Любовь, привязанность к корням, недоступность всего нужного и желанного; убийства, ненайденные правды и много скрытой лжи. Это одна из самых настоящих книг о востоке, пусть и с вымышленным сюжетом. Именно такое впечателение, скорее всего, и хотел произвести на своих читателей автор.

Цвет - это прикосновение глаза, музыка глухих, слово, звучащее в темноте.

Чтобы написать рецензию глубже уровня "мне нравится"-"мне показалось", нужно смотреть шире одного произведения, нужно смотреть и на другие книги автора, и культурный контекст, и сравнивать с другими вещами. Нужно видеть не только собственно текст - но и контекст, и подтекст.
Это первая прочтенная мною вещь Памука, это первая прочтенная мною восточнокультурная вещь в принципе. Поэтому, видимо, обойдемся без сравнений и углублений.
Книга напоминает мне сметану. Такая же вязкая, и вроде вкусно, но не так, чтобы очень, и вроде ешь с удовольствием, но отложишь ложку - и браться снова не тянет. Действие размеренно-тягучее, отчего нередко становится скучно. Оно не умиротворенное, а растянутое во времени, полет сонной мухи по жаре.
И все же... Все же, для меня "пациент скорее жив, чем мертв". Скорее понравилось, чем нет - особенно учитывая, что после прочтения я все еще пытаюсь осмыслить эту книгу - значит, она не пуста. Однако мысли такие же, как и книга - вязкие и расползающиеся.
Я не могу сказать, что книга хороша. Я могу сказать, что мне она интересна. Подозреваю, по большей части потому, что в ней я впервые столкнулась с восточной культурой - и она увлекла меня своей новизной и непостижимостью. Меня увлекали не сюжетные линии и любовные перепетии, а рассуждения об искусстве, о рисовании, о противостоянии востока и запада. Впервые я задумалась над кардинальным различием европейского и восточного подхода к искусству (в частности - к рисунку), и в книге этому уделено немало внимания. История развития рисунка, основные причины разногласий между художниками...
Повествование от разных лиц прекрасно, учитывая, что автор смог отобразить различие стиля речи каждого "оратора"; главы "я - мертвец", "я - собака", "я - шайтан", "я - красный" лучше, чем написанные от лица людей.
Едва ли кто-то из героев вызвал симпатию или сочувствие (разве что Кара) - и едва ли это возможно, учитывая разницу понятий и логики, которая в моем восприятии совершенно странна, и все, что остается - принимать ее как данность.
Сильно подозреваю, что столько мыслей, впечатлений и слов у меня вызвало не величие книги, а принципиальная новизна информации, изложенной в ней. (А некого величия, не скрою, я ожидала - можно долго спорить о значении и причинах вручения Нобелевки, но все же в восприятии этот факт придает книге некий "избранный" статус). Новизна - есть. Что до глубины...может, это все та же культурная разница в восприятии - но если притчевую манеру повествования я уловила, то наполненность - уже нет.
Красивые, тягучие, тонкие сентенции, перемежающиеся довольно грязными эпизодами - иногда мне кажется, что без сюжета - лишь с рассуждениями об искусстве и диалогами художников - книга стала бы тоньше, глубже и - настоящей притчей.

Книга Орхана Памука "Меня зовут красный" долго манила меня названием и наконец-то оказалась в руках. До этого я прочла "Черную книгу" и "Снег". "Меня зовут красный" в чем-то похожа на них, а в чем-то кардинально отличается.

В "Меня зовут красный" нам откроется мир Стамбула, но не современного, а времен падишахов. Там не будет телефонов, газет, машин и других атрибутов современности, но будет много истории и, как и в предшествующих книгах, много религии. Погружаясь в мир ислама, мы будем исследовать взаимоотношения женщины и мужчины, заглянем художественную мастерскую Востока и одновременно будем следить за развитием детективного сюжета, отгадывая, кто убийца, вспоминая, кто же сейчас говорит, поскольку историю рассказывают много рассказчиков, включая живых людей, животных и неживые предметы. В отличие от других прочитанных мной книг Памука, здесь все раскрывается и не остается неотвеченных вопросов. Здесь больше откровенности и чувственности. Она понравилась мне меньше "Черной книги", меньше "Снега", но тем не менее достойна прочтения и памяти.

Меня увлекла и обворожила эта книга. Я вообще люблю восточных авторов и восточную литературу за особую атмосферу и мудрость. И язык. Это, конечно, не великолепный ее образец, но все же неплохо. Столько преданий, притч в ней собрано и элегантно вставлено в сюжет!
В начале чтения я думала, что это детектив, но к финалу поняла, что относить ее строго к детективу нельзя. Это скорее повесть-роман о восточных художниках, переломном моменте в искусстве, о том, как делались книги, когда о типографии ничего не было известно, и какие страсти кипели вокруг каллиграфов, переплетчиков и художниках. В центре внимания в книге – художники. Гениальные художники, посредственные художники, молодые художники, старые художники, слепые художники… Книга пропитана запахом кистей и красок, бумаги, позолоты. Очень интересно почитать об устройстве таких книжных мастерских, о воспитании будущих мастеров кистей и красок, о противостоянии восточного и западного стиля рисования. Жаль, что в книге отсутствуют изображения всех этих миниатюр, так подробно описываемых в книге.
В книге нет идеальных чувств и героев. За это ставлю книге минус. Никто из героев не понравился, все вызывали легкое раздражение. И это неудивительно, чувства, испытываемые героями, – это ненависть, зависть, злоба, месть, эгоистичность, алчность. Даже у Кара то, что он принимал за любовь на самом деле было просто увлечением, и он так и никогда не был счастлив, хотя свой долг перед возлюбленной выполнил до конца. Шекюре – красивая, но безжалостная эгоистичная интриганка, любящая только себя и своих детей.
Герои не понравились, сюжет увлекателен, а антураж очень приглянулся. Кроме того, книга заставляет задуматься о традициях, стереотипах, из-за которых гибнут люди (а стоит ли?), идут на убийства, о вопросах религии, традиционном искусстве и других немаловажных проблем.
Повествование ведется от более чем двадцати лиц (!). И лица эти чередуются в ходе повествования (каждая глава ведется от одного лица). Из-за чего читать интересно, но когда повествование ведет герой, который тебя раздражает или пугает, то хочется быстрей «пройти» эту часть текста. Но несмотря на то, что каждому герою дается слово, характеры описаны поверхностно, даже у главных героев. Поэтому никак не могу поставить книге пять, хотя книгой была очень увлечена.

P.S. Текст книги, имеющийся в электронном варианте на ливлиб, сильно сокращен.

Знакомые хвалили мне этот роман. Он и правда лучше, чем многие другие романы Памука (хотя, пожалуй, "Новая жизнь" мне все же понравилась больше), нет там слишком извращенных психологических типов, как во многих других его книгах. Но все же не могу сказать, что я в восторге. Про работу миниатюристов там, впрочем, действительно очень интересно, а еще оригинальное построение самого романа - от лица разных героев, в т.ч. не людей - животных, красного цвета и даже шайтана. Однако ни один из героев мне по-настоящему не понравился и даже не вызвал особенных симпатий. А еще очень надуманными показались описания того, как художники мечтают в конце жизни ослепнуть, что им дает слепота итп.

Больше всего мне понравились некоторые замечания по поводу творчества художника - они верны, в общем, и для всякого творчества. И еще некоторые забавные приколы над религиозным фанатизмом - хотя и мусульманским, но это во всех религиях существует.

Персидский шах ... начал выживать из ума: охладел к развлечениям, вину, музыке, поэзии, рисунку. Когда он расстался с кофе, голова его совершенно перестала работать...

Настоящие талант и пастерство не пропадают от любви к золоту и славе. Честно говоря, я считаю, что деньги и слава - это право таланта, они окрыляют художника.

Аллах создавал мир таким, каким его хотел бы видеть умный семилетний ребенок.

Мастерство наше не в том, чтобы нарисовать пережитое, а в том, чтобы изобразить, не пережив.

Легенды входят в историю не потому, что похожи одна на другую, а потому, что отличаются друг от друга. Мастером становится художник, который делает чужие легенды понятными нам.

В жизни людей волнуют сказочные истории о любви, богатстве и власти. А все остальное - это их реальная жизнь: печаль, ревность, одиночество, враждебность, слезы, сплетни и нескончаемая нищета; этим они похожи друг на друга, как и вещами в доме.

Художник рисует, повинуясь своей совести, прислушиваясь к ней и соблюдая правила, в которые он верит; он ничего не боится. Ему нет дела до того, что скажут его враги, ученики или завистники.

Цвет - это прикосновение глаза, музыка глухих, слово, звучащее в темноте.

Аллах любит меня - это чувство у меня иногда возникало на войне. Аллах покровительствует мне, и потому все будет хорошо. В таких случаях возникает внутренняя уверенность, вы делаете все, что вам придет в голову, и ваши действия оказываются правильными.

Рисование живет не стыдом и печалью, а влечением, испытываемым художником, и это влечение преображает любовь к человеку в любовь к Аллаху, а любовь к Аллаху - в любовь ко вселенной, которую он видит.

"Меня зовут красный" как восточные сладости. Сначала вкусно, но много не съешь - начинает тошнить. Действие вязкое и липкое, его практически нет. Всю книгу расписывается, как прекрасно не иметь собственного стиля рисунка, не подписывать свои работы и быть слепым, европейцу это сложно понять. Понять восточную женщину Шекюре, вечно всем недовольную, мне тоже не удалось.
Oh, East is East, and West is West, and never the twain shall meet.

на примере в некоторой степени надуманной проблемы в сообществе стамбульских художников в период приблизительно 15-16 вв писатель наглядно демонстрирует развитие отношений Востока и Запада, пытаясь параллельно объяснить причины возникновения конфликта.
все это на фоне ряда личных трагедий.
занимательно.
но не шедевр. как и в случае с Елинек, я снова не понимаю, за что тут дали нобелевскую премию.