Я, Клавдий

Во дворце заговор. Боже, кaк мерзко
Ждать неизвестности в дальних покоях,
Видеть, предчувствовать,
Знать, нo не верить
До самой последней минуты.
Взгляд исподлобья — почтительно-дерзкий,
Шепот придворных, кинжал за спиною,
О, кaк же чудовищно
Медленно движется
Ком государственной смуты!
Ну же, смелее! Кто первым решится? —
Но рано. Пока еще нет смельчаков. (с) Йовин, она же Лина Воробьева

Весь месяц, пока я погружалась в атмосферу Древнего Рима у меня в ушах настойчиво звучала эта песня:) Столько измен, отравлений, предательских кинжалов в спину, интриг и предательств, как выпало на долю злосчастных древнеримских цезарей, еще надо поискать.

Гениальная мистификация - якобы автобиография императора Клавдия, написанная в середине ХХ века. Да написанная настолько мастерски, что начинаешь ловить себя на мысли - а почему это не использовалось в качестве источника в учебнике по древнему миру:) У Грейвза отличный слог, великолепное знание предмета и в добавок ко всему прочему - умение заинтриговать читателя, заставить сопереживать героям - ну что еще нужно для увлекательного исторического романа?

Грейвзу удалось создать не просто книгу, а этакую машину времени - читая о временах правления Августа, Тиберия, Каллигулы и, собственно, Клавдия, не могла избавиться от ощущения, что все это происходит совсем рядом - стоит выглянуть в окно и увидишь золотые колесницы, распущенных римских матрон, верных гвардейцев, услышишь шум боя гладиаторов и звон мечей... А герои прописаны настолько живо, что, если бы я, не дай Бог, читала где-то историю, то начал бы оценивать всех персонажей этой книги исключительно исходя из того, как их описал Грейвз.

Пару раз рука настойчиво тянулась к Википедии, чтобы вспомнить давно забытую историю Древнего Рима, но, поскольку автор везде оказывался прав, то буквально в первой четверти книги и успокоилась и наконец начала получать удовольствие от чтения, в очередной раз убедившись, что хороший исторический роман с успехом может заменить скучный и сухой учебник.

Без сомнения лучшее "внеклассное чтение" по истории Древнего Рима.

P.S. А Клавдия, все-таки, было жалко...

Обычная история печальна и смешна,
Когда у мужа-старика распутница жена (с).

Книжный вызов 2011

Лохматый пятый к власти придет,
Он к власти придет, не желая ее.
Его недоумком считают вокруг.
Лохматый сей впрямь будет лохмат.
Он воду даст Риму и хлеб зимой,
Погубит его жена не жена,
И рад будет гибели сын не сын.

Что-то новое случилось с жанром исторического романа, когда в 1934 году вышел в свет роман Роберта Грейвза "Я, Клавдий".
Необыкновенно интересный по форме, уникальный по содержанию, поэтичный и романтичный по стилю, роман, который сразу же принес своему автору славу и деньги, до сих пор пользуется огромной популярностью и заслуженной любовью читателей и критиков.
В 1998 году роман вошел в так любимый мной список (который я надеюсь скоро закончить) "100 лучших англоязычных романов 20 века " издательства Modern Classic, а в 2005 году в список журнала TIME "100 лучших англоязычных романов с 1923 года до наших дней".

История жизни и смерти нескольких поколений императорской семьи в Риме 1 века нашей эры, полная интриг, заговоров, отравлений, убийств, рассказанная в неожиданной форме автобиографии Клавдия.
Октавиан Август, Тиберий, Калигула, и, наконец, сам Клавдий.
Он совсем не хотел быть императором, его с детства считали странным и неадекватным, его игнорировали, а он рос тихим, слабым, болезненным мальчиком, далеким от борьбы за власть. Он хотел быть писателем и историком, прекрасно знал греческий, серьезно занимался историей, написал несколько исторических трудов.
Он был в стороне, но видел все, и все запоминал, чтобы потом написать правду о том, что было. А когда лучшие (хотя кто знает, кто лучший!) наследники пали в бездну борьбы и интриг, и Клавдию пришлось в очень зрелом возрасте стать императором, этот "идиот" и инвалид удивил умным, мудрым и добрым правлением.

Это конечно роман, но он настолько прекрасно написан и так завораживает, что кажется, что именно так все и было, именно такие слова говорились, именно такие мысли думались... И в этом гениальность Грейвза.

Я не хотел читать этот роман, хотя он звал меня с одной из полок в гостиной последние несколько месяцев. После Тацита и Светония любая художественная книга о Древнем Риме казалась мне не более чем профанацией. Однако недавно на глаза мне попались стихи Роберта Грейвса и они оказались превосходными. Например:

She, then, like snow in a dark night,
Fell secretly. And the world waked
With dazzling of the drowsy eye,
So that some muttered 'Too much light',
And drew the curtains close.
Like snow, warmer than fingers feared,
And to soil friendly;
Holding the histories of the night
In yet unmelted tracks.

Затем я встретил у Борхеса эссе о Грейвсе, написанное в восторженных выражениях. В итоге я взялся за «Клавдия» и прочитал его за три дня. Не смотря на то, что я не узнал из него ничего нового (Грейвс в основном пользовался теми же историческими источниками, – Тацитом и Светонием), роман захватил меня увлекательным слогом и живыми персонажами (которые у древних авторов живыми быть не могли; при всем уважении к римским историкам, они всегда стояли далеко от поэзии и были в целом придавлены тяжеловесной плитой латинского языка).
«Я, Клавдий» рассказывает об истории Рима, начиная с правления Августа и заканчивая смертью Калигулы. Любопытно, что рассказ идет от лица Клавдия, ставшего императором после убийства Калигулы. Сам Клавдий совсем не тот, что появляется у Светония и Тацита. Грейвс придает ему благородные черты стоика, литератора, историка, и в целом человека достойного, хоть и слабого здоровья.
Книга читается легко, хотя впечатление оставляет несколько тягостное. О времена, о нравы, как говорится :)

Восхитительная книга, написанная с таким потрясающим правдоподобием, что перед автором просто хочется поклониться!

Тиберий Клавдий Друз Нерон Германик или "идиот Клавдий", "Этот Клавдий, "Клавдий-заика", "Клав-Клав-Клавдий", или просто "бедный дядя Клавдий"

- четвертый римский император Великого периода, правивший с 41 по 54 года н.э., историк, а по совместительству главный персонаж исторического романа Роберта Грейвза , за который в 1935 году он получил несколько престижных премий. И я хочу вам сказать - не зря!

Роман действительно заслуживает всех тех похвал, что на него сыпятся неустанно: великолепное воспроизведение тех давних времен, факты, имеющие место быть, обоснованные поступки тех или иных лиц, а самый огромный "плюс" - полностью прописанные характеры персонажей, их мысли, мотивы, - и все это кажется настолько реальным, что я до сих пор, если честно, не могу понять: этот роман написан (как бы смешно не звучало) самим автором или же переведен и "отшлифован" им на нам с вами доступный язык?

В любом случае, те, кто читать его по какой бы то ни было причине не хочет - вы очень многое теряете, поверьте на слово!

Читая книгу, я все думала, почему же так мало рецензий на нее написано. А потом поняла: это вовсе не потому, что люди считают ее неинтересной, а потому, что к ней нечего добавить: она говорит сама за себя, настолько она цельная.

В ее основе - целая эпоха, увиденная глазами одного человека, Клавдия, члена императорской семьи, а впоследствии ставшего главою государства. Его врожденные физические недостатки, которые, казалось бы, кроме вреда, ничего не могли ему принести, наоборот, сослужили ему верную службу. Имея много времени для размышления, он посвятил его развитию своих внутренних достоинств: порядочности, чести, ума. Умело скрываемые за физической немощью, они помогли ему выжить. Да-да, именно выжить: среди лжи и разврата, массовых убийств и казней, лицемерия, притворства и предательства.

"О, времена! О, нравы!" - вот что не переставая крутилось в голове во время чтения. Масса пугающих подробностей, от которых волосы встают дыбом и бегут мурашки. Неужели такое возможно? Неужели все это непреувеличенная правда?

Прием "нагнетения обстановки по ходу повествования" усиливает эффект. В этом плане книга напомнила "Камо грядеши?" Сенкевича. Сначала жена убивает мужа, потом мать - своего ребенка, сын - отца. Кровосмешение, извращение, психопатия, массовая резня, тирания... Ближе к концу уже хотелось закричать на весь вагон метрополитена: "Да сколько же можно?!? Остановите эти бесчинства, эту грязь!"

И вот, когда уже невозможно было терпеть, все вдруг остановилось. И теперь я терзаюсь жаждою прочесть продолжение...

Пока что лучшее, что я прочёл в этом году. И думаю, что таким и останется. Просто потрясающе.