Биография голода. Любовный саботаж

Да это просто праздник какой-то! ©
а вернее, просто сборка каких-то убийственно точных фраз, поражающих цель: если у вас голод по лихости очевидных откровений существования, вам сюда.
"Дело не в том, что словесной красоты не существует, а в том, что передать ее другому так же невозможно, как тронуть прелестью Дульсинеи того, кто к ней равнодушен. Или ты влюбишься сам и тогда поймешь, или так и останешься глух".
Я влюбилась.
В словесную красоту, дышащую снобизмом, консерватизмом, высокомерием.

Удивительно, пожалуй, то, что Нотомб ухитряется писать только про я-я-я и при этом я-я-я не раздражает ни разу.
Раздражают восторженное сопли, когда в отзывах пишут - это прям праминя, праминя она пишет!
Как раз про я-я-я, а не про вас-вас-вас, в том и соль, но христу христово, кесарю - кесарево.

Книги Нотомб такие короткие, но при этом цепляющие, что мне напоминают сериал. Есть свободный час - садишься и "включаешь" Амели. Бывают, конечно, серии так себе, к тому же, ни в одной серии Амели не ограничивается камео - она, она, и снова она главная героиня везде. Даже если ее зовут как-нибудь иначе. А эти две серии еще и автобиографические - так что всю жизнь множества стран, где проходило причудливое детство дочки дипломата, придется смотреть через нее саму. Тут Нотомб не просто какая-нибудь обычная метафизическая труба, а прямо-таки подзорная. Причем такая, которая сама решает, увеличивать картинку или уменьшать, в каком показывать свете и не заменить ли реальное изображение чем-то другим. Постоянная замкнутость на себе могли бы и поднадоесть, но только не в этом случае. Каждый раз на горизонте у этой подзорной трубы происходит что-то настолько из ряда вон, что про здравый смысл забываешь на раз.
По-моему, если кто-то в своем деле действительно неплох, то он может считать себя императором вселенной сколько влезет, если это никому не мешает. Пока Амели не пришла ко мне домой, чтобы заставить меня ей преклоняться или стирать простыни, которые она будет жевать, поэтому не так уж и задевает ее вездесущее, сияющее великолепием "я". Жалко только, что серии-то у меня кончаются. Вот так всегда, успеешь только заморить червячка...

Мои самые любимые романы у Нотомб - о ее детстве. Как раз вот эти два, и еще "Метафизика труб". В них практически нет сюжета, просто история о том, что было.
География детства автора довольно экзотична, но она лишь фон. Главное здесь – это события, ощущения, эмоции. Мысли по поводу и тут же без повода, которые уводят рассказ куда-то вдаль, но вместе с тем помогают лучше понять автора и ее восприятие мира. Ярко, эмоционально, сумбурно, временами запутанно и при всем этом иронично, не знаю даже какие еще слова подобрать – у меня самой после этих книг одни эмоции и восторженный сумбур в голове :)

«Биография голода». Этот роман, несмотря на то, что он идёт сначала, я прочёл под конец. Произведение автобиографическое. Зная это, я предвкушал испытать то же чувство, какое ощущал при чтении «Метафизики труб», но меня ждало разочарование. Главная тема романа – голод (привет, кэп). Однако Нотомб не была бы собой, если бы страдала банальщиной, так что она сразу даёт понять нам, что с одной стороны это одно из «самых заурядных из человеческих чувств», с другой стороны, голод исполняет роль двигателя прогресса. Амели развивавет некую теорию «сверхголода», не забывая упомянуть «я из обеспеченной семьи, у нас дома всегда всего было в достаткеи, именно это даёт мне основание считать, что мой голод, никак социально не обусловленный, есть особенность сугубо индивидуальная». Она все время хотела есть. Чтобы стать похожей на своего любимого папу. Чтобы стать такой же взрослой и красивой, как старшая сестра. Чтобы вырасти и избавиться от наездов старшего брата. И т.д. и т.п. В общем, Нотомб сама себя отождествляет с собственным голодом. Отмечу, что читалось с трудом.

Ошибочно видеть в голодовке средство, стимулирующее мышление. Пора наконец раз и навсегда понять: аскеза вовсе не обогащает духовный мир. В лишениях нет никакой доблести.

«Любовный саботаж». Эту историю, в отличие от предыдущей, я прочёл буквально на одном дыхании. Очень уж притягательна история «холодной войны» детей дипломатов в Китае и подростковая любовная линия Амели. Роман беспредельно чёткий, особенно под конец, описывая линию поведения Нотомб по отношению к Элен в стиле «веди себя с ней также, как и она». Достаточно яркий, эмоциональный, отчасти сумбурный, многогранный, временами запутанный и ироничный вышел роман, опять-таки автобиографического содержания. К последним страничкам в голове поселяется мысль, что из девочки в романе могла вырасти только писательница с духом искательницы приключений на свою голову. Книга безумно пропитана детством, и вместе с тем написана сквозь призму взрослого человека. Это изысканно, по-нотомбовски!

Никто никого любить не должен. Любовь надо заслужить.

Я как труба, описанная Нотомб в «Метафизике труб», пропустила через себя половину ее творчества за несколько дней, тщательно выбрав автобиографическое, за исключением новинки – на «Токийскую невесту» рука не поднялась, на закуску припасла «Косметику врага» и освежила в памяти «Антихристу». Больше, честно говоря, не хочется, вот только еще на «Гигиену убийцы» порой заглядываюсь, для полноты ощущений, так сказать, да все никак не решусь.
Из всего прочитанного наибольшие симпатии вызвала «Биография голода». В этом романе, как мне показалось, меньше игры со словом и больше реальности, и его вполне можно было бы назвать «География голода», у меня даже было устойчивое чувство, что где-то его так и переводили, но не нашла где. Я вместе с этой девочкой ползала по атласу, изучая карту мира, по странам, в которых она жила: до 5 лет в Японии, до 8 лет в Китае, до 11 лет в Америке, затем Бангладеш и т.д. И мне был понятен ее голод – невозможно объять необъятное, утолить все желания.
Впечатления от «Любовного саботажа» не изменились, отзыв тут.

собственно, это моя первая книга Нотомб, и, как оказалось, лучшая из автобиографичной серии.

нотомб описывает свое детство с точки зрения взрослого человека. забавна, нелинейна, достаточно рандомно кидается спорными высказываниями, пишет легко и непринужденно, словно для нее писать – это дышать.
две повести, которые как бы автобиографичны, тем не менее, вызвали у меня прилив недоверия 0_о

уж очень все гладко и хорошо у нее. я как-то слабо верю, что в 5-7 лет она была настолько гениальна, насколько описывает. то, что она делает выводы, будучи уже взрослой – это хорошо, но наводит на мысли, что она придает слишком много смысла любому действию. а учитывая ее интересное детство и юность, как-то совсем концентрированно получается и неестественно.

очень улыбало во время чтения "любовного саботажа" (когорта блюющих в моем сердце навсегда).
книга оставила после себя смешанные ощущения, она как конфетка, которую съел во время чтения. никакой пищи для ума, только наполнение желудка сомнительным кусочком шоколада.

Эта книга вызвала во мне бурю восторга. Она не просто интересна, она нереально интересна.
Автобиографичная, красиво написанная. Она увлекает с первых страничек книги.
Из девочки в книге могла вырасти только писательница и искательница приключений.
Таланливые люди - талантливы с самого детства

Автобиографические произведения. Книга наполнена впечатлениями о самых разных странах, в которых побывала Амели Нотомб, дочь дипломата. Но главное в книге - это не путешествия и новые места, а внутренние переживания. В "Любовном саботаже" изображены дети дипломатов, они играют, общаются только друг с другом (Китай, в котором они находятся, им недоступен). Их игры подобны взрослым: они устраивают национальные войны, презирают тех, кто кажется им недостойным. Маленькое подобие большого взрослого мира.
Но в этом мире находится место и для любви. Юная героиня влюбляется в красивую девочку и пробует добиться её симпатии.

После "Метафизики труб" мне просто необходимо было узнать, что же приключилось дальше с маленькой взрослой девочкой Амели. Особенно меня волновал подростковый возраст и линия первых любовей. Казалось бы, ну как же без стандартного "Мама, мне уже не 12 лет!" и влажных описаний неуклюжих последствий гормонального взрыва, ставших уже привычными в современной литературе. Но нет, ничего подобного с героиней не происходит и это, безусловно, очаровательно нормально. Шарман!Шарман!