|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
Все, чем занимаются люди, настолько безобразно, что нет никакой разницы, на чьей ты стороне. Люди, жизнь, Пелевин
|
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
Телевизор – это просто маленькое прозрачное окошко в трубе духовного мусоропровода. |
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
— Мне не понравился этот комиссар, — сказал я, — этот Фурманов. В будущем мы можем не сработаться.
— Не забивайте себе голову тем, что не имеет отношения к настоящему, — сказал Чапаев. — В будущее, о котором вы говорите, надо ещё суметь попасть. Быть может, вы попадёте в такое будущее, где никакого Фурманова не будет. А может быть, вы попадёте в такое будущее, где не будет вас. set of priorities
|
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
— Как только я знаю, — продолжал я, — я уже не свободен. Но я абсолютно свободен, когда не знаю. |
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
Остановиться на каком-нибудь конкретном напитке было трудно. Ассортимент был большой, но какой-то второсортный, как на выборах. |
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
Любовь, в сущности, возникает в одиночестве, когда рядом нет ее объекта, и направлена она не столько на того или ту, кого любишь, сколько на выстроенный умом образ, слабо связанный с оригиналом. Для того чтобы она появилась по-настоящему, нужно обладать умением создавать химеры... |
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
— Для тебя карма, — сказал он, — для меня дхарма, а на самом деле один хрен. Пустота. Да и ее на самом деле нету. |
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
Свобода бывает только одна — когда ты свободен от всего, что строит ум. Эта свобода называется «не знаю». Вы совершенно правы. Знаете, есть такое выражение: «Мысль изреченная есть ложь». Чапаев, я вам скажу, что мысль неизреченная — тоже ложь, потому что в любой мысли уже присутствует изреченность. |
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
Портвейн оказался таким же точно на вкус, как и прежде, и это было лишним доказательством того, что реформы не затронули глубинных основ русской жизни, пройдясь шумным ураганчиком по самой ее поверхности. |
|
Виктор Пелевин. «Чапаев и Пустота»
С Россией всегда так, подумала Мария, водя руками по холодной стали – любуешься и плачешь, а присмотришься к тому, чем любуешься, так и вырвать может. |