Пять четвертинок апельсина

Наши желания всегда сбываются. Это факт. Но не всегда именно так как надо и в нужное время.
Так старая и зловещая щука исполнила желание тогда ещё маленькой и наивной Буаз. Томас никуда не уехал, он остался рядом с ней... То ли я сегодня особо впечатлительна, то ли это был действительно самый сильный в книге момент, но я заплакала.
Тяжелее всего держать внутри себя страшную тайну. Она как сливовая косточка застрявшая в сердце, или как камень на душе. Но никогда не поздно открыться, рассказать всё, что было так тщательно оберегаемо столько лет.
Возраста для счастья нет. Едва появившийся на свет ребёнок может быть счастлив. Может быть счастлив и старик, дни которого сочтены. Каждый счастлив по своему. Но не больше и не меньше другого. Счастье может прийти к тебе в любой момент, в любом возрасте. Иногда оно приходит извне, а иногда ты замечаешь, что твоё счастье всегда было рядом.
Эта книга прекрасна. Она успокаивает, хотя речь идёт отнюдь не о светлых вещах. Война, губительный аромат апельсинов, своеобразная любовь матери к своим детям, проклятие Матёрой, жизнь изгоев... Но всё таки любовь, пусть и несчастная, нереальная, неисполнимая... Но любовь всегда светла, какой бы она не была. Смысл не во взаимности, а в самом чувстве.
Я полюбила пять четвертинок апельсина.

Франция, вторая мировая, оккупированный маленький городок, жестокая и мучимая мигренями мать с тремя детьми. И параллельно – наше время, тот же городок, и младшая из детей, получившая в наследство всего лишь кулинарную книгу, готовит в своем кафе по рецептам из этой книги и пытается расшифровать записи, сделанные между рецептами своей матерью, совершившей в войну нечто такое, что теперь младшей, возвратившейся в родной дом, приходится жить под чужой фамилией и скрывать свое происхождение.

Странные жестокие дети, не знающие понятия "свой-чужой" и сдающие фашистам за шоколадки и помаду всех своих знакомых (автор их старательно оправдывает), замученная головной болью, сводящей ее с ума, мать, улыбчивый и услужливый немец Томас, да и поздние герои, из нашего времени – никто не вызвал ни особой симпатии, ни неприязни. Старательно создаваемая сельско-кулинарная атмосфера книги тоже как-то не впечатлила – возможно, если бы я знала постоянно встречающийся в тексте французский, мне было бы уютнее.
В общем – какое-то никакое впечатление от книги, осталось только ощущение чего-то чужого и далекого.

Самый таинственный и горький роман Джоан Харрис.
Странный шифр в альбоме -дневнике, где соседствуют рецепты с путаными записками и фотографиями домочадцев,тайна, изгоняющая семейство в чужие края,предательство и жестокость,как маленькая серая змейка с сердце главной героини.
И всё это в будоражащих запахах французских блюд ,свежей выпечки и стойком аромате апельсиновых корок.
Последний настолько навязчивый, настолько удушающе терпкий, что ,кажется, вот-вот и у тебя,читатель, начнутся осязаемые галлюцинации и навалится тяжестью головная боль.
Книга психоделична, поступки героев невероятны и до конца необъяснимы, как не могут быть до конца объяснимы тайна лабиринтов детства, абсурд горячечных поступков и путанность детских представлений.
Вероятно, в основе всего описанного лежит не стыд за ужасающие проступки, а всё много глубже - семейные отношения, увядшая любовь, оболганная честь, путаница в добродетелях, комплексы неполноценности.

Что нужно сделать такое девочке, чтоб мать не просто заметила, а полюбила?
На что может толкнуть безысходность брошенного на произвол ребёнка?
В темном лесу одиночества каждый сук кажется серым чудовищем и как в таком случае не перепутать черное с белым, как правильно сыграть партию со Смертью и не поддаться на ,то что Костлявая мухлюет?
А если этому ребёнку всё кажется не так как есть на самом деле?

В отличии от самых популярных романов Дж. Харрис ("Шоколад","Леденцовые туфельки" и "Ежевичное вино") "кухонная магия" в этой книге - только фирменная приправа автора к серьезному проблемному и жесткому произведению, а сюжетные линии глубже, тоньше и философичней.
Я не удивлена, что большинство читателей разочарованы романом - они ждали очередной сладкой сказки, "лекарства от скуки" для убиения времени, а натолкнулись на серьезное многоплановое произведение.
Мы с вами получили вместо конфеты горькую пилюлю (правда, с натуральным ароматом апельсина). Но разве не чудесно вдруг убедиться,что полюбившийся писатель может ваять не только сказки, а и кое что другое, совсем неожиданное?
Джоан Харрис оказалась разноплановым автором (у неё есть еще и великолепная малая проза- сб."Чай с птицами", и готический роман "Тёмный ангел") и не известно, что за карту она припрятала в своем рукаве. Это не шулерство, это талант.

Харрис всегда была для меня автором, умеющим писать красиво и вкусно - ее книги не были лишены глубины и сложности, однако все это мешалось с будоражащими воображение карнавальными красками и удивительными рецептами самого разнообразного шоколада.
После "Пяти четвертинок апельсина" я поняла, что помимо своей неповторимой манеры письма, Харрис еще и очень разноплановый автор.
Потому что эту книгу нельзя назвать вкусной и красивой, несмотря на бесчисленное количество рецептов, даже читать которые совершенно невозможно на голодный желудок. Харрис по-прежнему пишет замечательно и изысканно, однако впечатления от этой книги совершенно другие: "Пять четвертинок апельсина" - самая жесткая из прочитанный мною книг Джоанн. Она строгая до суровости - совсем как плотно сжатые губы Фрамбуаз и ее колючий, неприветливый взгляд. Она гнетущая - как оскал Матерой, что мерещится среди темных волн речки. Она горькая - как запах засушенных апельсиновых корок.
И все же это не дает права называть ее плохой - она правильная, пусть и на порядок тяжелее других книг. Писать о жизни - особенно такой жизни - сложно, но автор остается верна себе: у нее это выходит естественно, так мастерски, что зачитываешься, сопереживаешь и веришь, что все наладится - стоит только победить свои страхи.
Воистину, Джоанн Харрис - прекрасный рецепт от плохого настроения.

Закрыта последняя страница, глубокий вдох. Только что перечитала свою любимую книгу Джоанн Харрис - а как будто прочла в первый раз.
Эта книга подобна описанным в ней грушам-падалицам, перезрелым, облепленным осами. Вязкое, жгучее повествование, проникнутое, тем не менее, головокружительными фруктовыми ароматами, сдобренное дикими травами. И полное детских признаний, чем более жестоких, тем более и отчаянных. Если бы только можно было вовремя понять своих родителей... Все было бы по-другому.
Старая перечница, которые все на одно лицо - так Фрамбуаз говорит о себе пятидесятилетней. Что ж, наверное, в деревне так бывает. Преждевременно состарившаяся женщина ведет свой путаный рассказ о маленьких радостях и страшных событиях своего детства, после которых годы счастливого замужества кажутся пресными, как недосоленое блюдо. Клубок тайн постепенно распутывается, и все менее похож на пушистый шерстяной клубочек. Нет, это скорее клубок змей.
Вторая мировая война, маленький французский городок. Вдова, вынужденная в одиночку влачить на себе ферму и воспитывать троих детей. Женщина с сильным характером, не сломленная даже яростными приступами головной боли. Не сломленная, но изменившаяся почти до неузнаваемости после рождения детей. И еще больше изменившаяся с гибелью мужа.
Полузаброшенные дети - дикие, как волчата. Играющие с обаятельными немцами во взрослые игры. Не понимающие, что продают своих, тех, кто нашел в себе силы пойти в Сопротивление, - за журналы, шоколад, помаду, апельсины и чулки. За краткий миг восторга от взаимопонимания - молодой немец такой же, как они, недавно переживший те же детские беды.
Фрамбуаз почти бесстрастно листает наследство своей матери - полу-дневник, наполовину книгу рецептов, впервые узнавая ее точку зрения на описываемые события. Впервые понимая мать. И запоздало жалея ее, внутренне прося прощения. Но, унаследовав сильный характер матери, почти не мучается бесплодными сожалениями.

И, кажется, понимает, что в тот короткий период детства прошла вся ее жизнь. Остальное было лишь эпилогом к ней.

Мое первое знакомство с творчеством Джоан Харрис прекрасно проиллюстрирует пословица "Тише едешь, дальше будешь". Сама главная героиня "во первых строках своего письма" говорит: "Вижу, вижу. Вам не терпится, чтоб я перешла к сути. Но и это важно не меньше, чем все остальное: как рассказать и как долог будет рассказ." Ну что ж, хозяин - барин...

Долго я ждала чего-то интересного. Ох, долго! Харрис бесконечно расписывает жизнь французской семьи (мать-истеричка и трое детей) во время немецкой оккупации, интригуя читателя только обрывочными намеками на то, что дальше ого-го что начнется. И так на каждой странице: "Ты еще не уснул, дорогой читатель? Потерпи, скоро же будет ого-го!" Я вообще-то, положа руку на сердце, думала, что меня обманули. Но обещанное Ого-го таки началось! Последняя треть книги перекрыла своим накалом всю сонливую неспешность предыдущих страниц. Вот так, вцепившись в книжку и жадно проглатывая строчки, я и дочитала этот роман.

К слову сказать, так и не поняла смысла его названия. Почему именно "Пять четвертинок"? Как сказал мой любимый: "Похоже на название книги по черной бухгалтерии!"

Персонажи у Харрис вышли очень живые и достоверные. Каждый и добр, и зол, и храбр, и труслив. Немного только напрягало изображение жизни оккупированной деревни. Как-то не так мы привыкли это видеть. Никакого героизма, никакого накала страстей, все как-то по-тихому, по-местечковому. Даже бойцы Сопротивления какие-то никакие. На некоторые события военного характера вроде и стоило бы отреагировать более эмоционально, но они оставили меня равнодушной. Чего не скажешь о "семейно-межличностной" стороне этого романа!

Насколько я поняла, то "фишкой" Харрис является гастрономический колорит ее книг. И "Пять четвертинок апельсина" - не исключение. Некоторые рецепты можно сразу идти и пробовать на кухне. Еду описывает она просто непревзойденно.

"Секрет в том, чтобы оставлять косточки. Накладываешь слоями вишню и сахар в стеклянную банку с широким горлом, каждый слой слегка поливаешь чистым спиртом - лучше всего вишнёвкой, хотя можно и водкой, а то и арманьяком, - и так до половины банки. Сверху ещё раз спиртом - и ждёшь. Раз в месяц легонько поворачиваешь банку, чтоб растекался скопившийся сахар. Через три года спирт как следует проберёт вишни, пропитается густокрасным соком, проникнет до самой косточки, до самого сердцевинного ядрышка, станет забористым, тая в себе крепкий аромат прошедшей осени."

Думаю, что книгу стоит читать для того, чтобы лишний раз позвонить родителям и сказать им, что ты их любишь; чтобы оглянуться вокруг и проверить, не упускаешь ли ты свою любовь, которая уже давно рядом с тобой, а ты все гонишься за журавлем в небе; чтобы вспомнить, что выход есть всегда, надо его только рассмотреть...

7 / 10

Книга очень понравилась, но странно было читать произведение, в котором не нашлось места для полюбившегося мне героя/героини. Не смогла я проникнуться симпатией ни к больной женщине, скрывавшей свои чувства за злостью и цинизмом, ни к детям, живущим без любви и ласки. Да, иногда мне было их жалко, но как-то брезгливо жалко, что ли. И по-своему счастливый конец меня не порадовал, даже показался как-то не к месту.

Совсем не похоже на Шоколад.Читать было интересно про историю жизни женщины, начиная с момента, когда ей было 9 лет. Немцы, черный рынок, книжки и помада за рассказы о своих соседях немцам, рыбная ловля, приготовление разнообразных вкусных блюд, больная мать, обворожительный немец, к которому до сих пор (по истечении столького времени) живы романтические чувства первой влюбленности, жестокие, разъяренные соседи, доведенные до исступления и готовые убить, сжечь, разорвать. И сильная женщина, любящая мать и бабушка,совершающая ошибки, но пытающаяся их исправить, обожающая готовить (при чтении ароматы этих яств таки стоят во рту, слюни начинают течь и хочется поскорее добежать до кухни и что-нибудь погрызть)

Действие романа происходит в оккупированной фашистами французской деревушке – трое детей, после смерти отца, погибшего на войне, оставшиеся с жестокой и неласковой матерью, привязываются к одному из немцев – обаятельному молодому человеку, готовому дарить им свое внимание (а также различные подарки в виде шоколада, журналов, фруктов и т.д.), но в обмен на информацию о жителях поселка. К добру такая дружба, естественно, не приводит.

Полвека спустя младшая девочка из этой семьи пытается расшифровать записи в оставленном ей в наследство материном альбоме с кулинарными рецептами, в котором ее мать вела своеобразный дневник. Она надеется, что эта информация прольет свет на мрачную историю, случившуюся в ее детстве.

Неплохая вроде книга, но чего-то ей не хватает… немного раздражает большое количество названий различных блюд на французском языке, довольно неприятно читать про доносчиков-детей, хоть автор и оправдывает их старательно, да и конец какой-то странный, будто из другой книги…