Моя история русской литературы
Маруся Климова
ISBN: 5-93762-037-2
Год издания: 2004
Издательство: Гуманитарная Академия
Описание
"Моя история русской литературы" - книга, жанр которой с трудом поддается определению, так как подобных книг в России еще не было. Маруся Климова не просто перечитывает русскую классику, но заново переписывает ее историю. Однако смысл книги не
Эти книги тоже могут вас заинтересовать
Рецензии читателей
11 мая 2011 г.
Это - книга-впечатление, книга-воспоминание.
Я обратилась к Марусе Климовой, как к человеку, открывшему для русского читателя Селина, Батая и Жана Жене. Книга мне была интересна и приятна с первых страниц созвучием с моим отношением к литературе в целом, как к исключительно эгоистическому творческому процессу отдельных личностей, к русской классике и далее – в частности. И удивляться нечему, обратившись к профессиональному филологу, бежавшему в литературу французскую: безоковную, свободную, неморализаторствующую, неподавляющую, безнадрывную, неистеричную и непозёрствующую. В литературоведческих оценках Маруси Климовой я увидела все "следы" того, французского, свободного и незаангажированного образа мышления.
Очень порадовала встреча с человеком, большинство литературных оценок которого совпадает с моими: процентов 90, не менее. И скука скучная от эпического и бессмысленного в глубинах Пушкина, от "женских романов" и устрашающе-патриархального образа зрелого Толстого, "бесполости" Чехова и нелепости Горького, и любопытствующее недоумение от Маяковского и Шолохова, и ужас от Хлебникова и булгаковского "Мастера", и должное Гоголю, Достоевскому , Лермонтову, Цветаевой...
И очень образную метафору нашла я в книге, в точности выражающее моё отношение к русской литературе (Маруся Климова ведь, как все мы, тоже когда-то открывала с благоговением и читала впервые все упоминаемые ею книги – осмысление приходило в процессе или позже):
Мне,.. сегодня было бы крайне трудно ответить на вопрос о том, кого из русских писателей и поэтов я отношу к своим самым любимым,.. кто мне нравится больше других. Пожалуй, я не смогла бы назвать и двух имен… И вовсе даже не потому, что мне теперь совсем-совсем никто не нравится, и я считаю всех полным дерьмом. Отнюдь! Кое-кто мне все еще симпатичен, не то, чтобы я кого-нибудь из них часто перечитываю, но так, иногда… Однако назвать вслух хотя бы два имени мне было бы очень сложно – просто из чувства некоторой неловкости, что ли! Да, именно неловкости, точнее не скажешь! Это все равно что, собираясь на какую-нибудь вечеринку в приличное общество, я открыла бы шкаф и вдруг обнаружила, что практически все некогда любимые мной вещи в той или иной степени изъедены молью!.. Вот так и в русской литературе! Практически все имена тоже "изъедены молью" литературоведения!
Так сказала Маруся. А я бы написала без последнего предложения, в который М.К., как филолог,должно быть,вложила профессиональный смысл и которым обозначила академический подход. Мне же, как отдыхающему на пирах словесности случайному гостю,но иногда тоже почитывающему не без интереса, но и без удовольствия старую русскую литературу - простительно.
Книга написана в очень живом, доверительном тоне, не претендующем на назидательность: постоянно звучащее "я" подчёркивает частное мнение. Очень удивительно выглядят "критические" нападки на книгу; она находит своего читателя: согласного или нет. Меня порадовала .
19 декабря 13:31
Когда читала, казалось забавным, а стоило мне закрыть книгу
– и все испарялось, исчезало, оставалось чуть теплое легкое ощущение, как от
слабо подогретого чая.
Лучше об этой книге и не скажешь, не используя выражения самой же Маруси.
6 августа 2008 г.
смешно - но не более того. Маруся Климова, переводчица Селина, явно им вдохновлялась, но для Селина то, что он пишет - жизнь, а для Маруси, кажется - только игра. тут пройдутся по всем, на кого нас с детства учили взирать с почтительным онемением - Пушкину, Достоевскому, Хармсу и многим другим. их будут пинать - за пошлось, за глупый вид, за жалкие любовные истории, да за все подряд. зачем? я думаю, чтобы сбить спесь, вынуть классиков из футляра, в который их запихало коллективное бессознательное, и, в конечном итоге, сделать ближе к народу. получилось? да не очень - во первых, на книгу плюнул почти каждый критик, проживающий в России, во-вторых, у Климовой действительно за деревьями леса не видно. ну раз послушаешь, что Хлебников имбецилл, ну два, а на третий, право слово, шутка приедается. потом все эти тухлые воспоминание - как я мыла пол в туалете, как меня бил папа, как я с педиком Васей за грибами ходила - в общем, кому оно надо? вроде русская литература через призму собственного травматического опыта, а вроде и необязательный набор каких-то пустых впечатлений. но пара забавных пассажей есть.





