Раскрашенная птица

Жесть и мясо, мясо и жесть, и жесть, и мясо, мясная жесть и жесткое мясо. В рамках книги, освещающей в живой манере тему Холокоста, смотрится так же нелепо, как если бы Рэйми, Ажа и Спасоевич начали снимать свои фильмы в сеттинге нацистских концентрационных лагерей. Имеется в виду не «де садовский» фарс Пьера Паоло Пазолини в «Сало, или 120 дней Содома» или зомби-экшен «Операция «Мертвый снег»», а именно подчеркнутый шок-арк, массивный псевдоснафф именно в нацистских «лагерях смерти».

Знаю, что Косински обвиняли и за эту книгу в том числе в плагиате. Знаю, что и его «Садовник», «Чертово дерево» и «Отшельник с 69-й улицы» посвящены все той же теме Холокоста. На «Раскрашенной птице» считаю свое знакомство с любителем барбитурата урожденным Йосефом Левинкопфом завершенным. Открою лучше Зузака, пересмотрю Полански, схожу на выставку Савицкого.

Если честно, трудно выбрать что именно рассказать вам об этой книге, но я просто должен.
Во-первых, никогда бы не подумал что книга с титулом - самое жестокое произведение ХХ века, будет читаться настолько легко. Нет, не в том плане что читаешь и расслабляешься, а в том, насколько язык прост и близок.
Это произведение действительно и шокирует и задевает. Очень жестко, очень реально. Вы думаете это просто роман? Описанные зверства - рядом, описанное состояние человека - в каждом, в большей или меньшей степени. И война - это состояние черного исступления человечества.
Наверно та самая легкость, доля наивности привносятся за счет того, что повествование ведется от лица ребенка, который от начала до конца в одиночку прошел через описанные ужасы, человеческий идиотизм, черствость и непонимание. В любом случае, сказанных мной слов не хватит чтобы выразить ощущения от эпизодов.Совершенно не похоже на прочитанное раньше о второй мировой.
Тошнотворное, рвущее нутро, заставляющее вздрагивать и ежится произведение. Такие книги должны читать люди, чтобы думать, чувствовать и сопереживать.
Просто нужно быть людьми, в любом случае и обстоятельствах. Низкий, высокий, цыган, еврей, какая разница? Холодно, голодно, страшно, непонятно. Пожалуйста, чувствуйте и не теряйте лицо. А книгу действительно стоит прочесть каждому, чтобы осознать жестокость - мою , свою, нашу, и просто изменить. Ставлю на полку любимое!

На этот раз принцип дочитывать начатые книги сыграл со мной злую шутку. Спустя полчаса общения с книгой мне совсем не хотелось продолжать; действительно более жестокой, отталкивающей и отвратительной книги я не читала очень давно. Уже на второй-третьей странице жестоко расправляются с белочкой, потом идут птички, собачки, дети, взрослые и так далее до бесконечности. Не буду портить впечатление от книги всем любителям подобной литературы, так что обойдусь без детальных описаний тошнотворных пыток и жестокостей. Скажу только, что совершенно не понимаю такого рода литературы и таких авторских приемов. Да, возможно это шокирует, заставляет задуматься, прочувствовать все происходящее, но мне больше всего хотелось забыть, что я вообще читала эту книгу. Правда стоит отдать должное либо неограниченной фантазии Ежи Косинского, либо проделанной им работе с документальными источниками, где можно было почерпнуть вдохновение для подобных описаний.

Вызванные эмоции очень схожи с впечатлением, оставленным одной из моих самых нелюбимых книг - «Детством» Горького. Ближе к концу такая аналогия стала еще более очевидной: страдания маленького мальчика, совершенно не соответствующие его возрасту, бессмысленные описания моментов жестокости и агрессии и просоветская агитация. Не обошлось в данном произведении и без хвалебных од вышеупомянутому творению. В общем-то, такое высокохудожественное и метафорическое название как «Раскрашенная птица» не очень хорошо подходит данному произведению, стилю его изложения, содержанию и т.д., пожалуй, стоило автору назвать его очередным «Детством».

Обычно я не ставлю оценок книгам в рецензиях, но тут, пожалуй, поставлю - ноль.

советую не читать эту книгу вообще. лучше откройте окошко, подышите воздухом, а еще лучше - погуляйте на солнышке, но ни в коем случае не берите ее в руки. она задушит вас, утянет на самое дно, и даже если захотите отвести глаза - не получится. это одна из тех книг, которые читаешь в ужасе, омерзении и отвращении, но не можешь остановиться, пока не дойдешь до конца. а когда дойдешь - она останется в тебе навсегда.
и ведь меня тоже предупреждали. я не поверила.

Лех молча злился. Что-то бормоча, он рассматривал птиц в клетках. В конце концов, выбрав самую сильную птицу, он готовил из самых разных веществ вонючие яркие краски. Привязав выбранную птицу к запястью, Лех раскрашивал ее крылья, голову и грудку в разные цвета, пока она не становилась ярче и пестрее букета полевых цветов.
Потом мы шли в лес. Там Лех давал мне раскрашенную птицу и велел слегка сжать ее. Птица начинала щебетать и созывала стаю сородичей, которые нервно кружили над нашими головами. Заслышав их, пленница отчаянно рвалась из рук, издавая громкие трели, ее сердечко лихорадочно билось в свешевыкрашенной грудке.
Когда над нами слеталось достаточно много птиц, Лех давал знак отпустить пленницу. Счастливая птица радостно взмывала вверх радужной капелькой на фоне туч и врывалась в поджидавшую ее коричневую стаю. На мгновение птицы были сбиты с толку. Раскрашенная птица металась по стае, тщетно пытаясь убедить соплеменниц в том, что она принадлежит к их роду. Они встревоженно летали вокруг, ослепленные ее ярким оперением. Раскрашенную птицу отвергали и все решительнее отгоняли прочь в то время, как она усердно пыталась найти себе место в стае. Тогда птицы, одна за другой, заходили на вираж и жестоко атаковали возмутительницу спокойствия. Очень скоро она падала на землю. Когда, в конце концов, мы находили раскрашенную птицу, она, как правило, была мертва. Лех тщательно подсчитывал количество нанесенных ей ран. Кровь сочилась сквозь разноцветные перья, размывая краску и пачкая Леху руки.

очень-очень жестоко, и настолько же классно

У меня сын девятилетний и, когда я читала этот ужас, думала сойду с ума. Неужели это все правда? Первая мерзкая сцена про горящую белочку и дальше по нарастающей... Калмыки и освежеванная крольчиха - по-моему дальше уже некуда. Осталось только с ребенка кожу заживо содрать. Мне кажется, что не мог ребенок пережить все это и остаться в здравом уме. Меня тошнит при одном воспоминании об этой книге. Не читайте. Гадость. Автор сам, наверное, больной на голову.

До восьмой главы сие произведение меня просто раздражало. Я не верила ни единой строчке, пыталась сопоставить даты, местность, политическое настроение. Садисты-крестьяне никак не хотели укладываться в моей голове. Я не верила, да и сейчас не особо верю в то, что люди могли быть такими жестокими в то сложное время. Конечно, есть замечательная русская народная пословица — в семье не без урода, но в этой книги уроды жили в каждой польской деревне и далеко не в единственном числе. Именно такой массовости "уродов" я и не верю. Люди могли быть жестоки, могли ненавидеть и презирать евреев и цыган, НО не ребенка, которому на момент начала книги было всего шесть-семь лет. В каждой деревне могли находиться такие вот ненавистники, НО не в таком количестве, как об этом писал Косински.
Начиная с девятой главы книга приобрела немного иной характер и читаться стало гораздо приятнее и интереснее. Жестокостей поубавилось, насилия, крови и издевательств стало меньше. Описываемые в книги события стали больше походить на правду. Чем дальше я продвигалась, тем яснее и понятнее становилась мне мысль автора. Мысль, которую я смогла уловить.
Завершение романа, с момента встречи главного героя с бойцами Красной Армии стало для меня ключевым моментом Раскрашенной птицы. Я осуждала немцев за фанатичную преданность Гитлеру, я осуждала поляков за ненависть к евреям, калмыков за их мародерство, но никогда не задумывалась над тем, чем жили советские вояки. Такие же безумные фанаты со всеми вытекающими отсюда последствиями. Не менее жестокие, не менее фанатичные и ничуть не менее злые и агрессивные. Их можно оправдать лишь в одном — они были вынуждены принять бой, который навязала им Германия. Но не вправе были они "превращать" в ту раскрашенную птицу, которая попав к своим близким оказывалась изгоем, главного героя книги — маленького мальчишку из еврейской семьи.

P.S. На протяжении всей книги жалость я испытывала только к животным.
P.S.S. "Красных" и "белых" партизан, которые сражались между собой, а встречаясь, случайно, в деревне устраивали бойню — я запомню на всю жизнь ;)

Моя оценка: 6/10

Не могу сказать, что книга привела в восторг. Не думаю, что подобная литература нужна. Чернуха, грязь, гной. Да, война - это страшно. Война глазами ребенка - ужасно. Но я не уверена, что хотела бы, чтобы мои дети прочли подобное.

Гиперболическое изображение человеческой тупости, жестокости, мстительности, мнительности с аллюзиями на "Детство" Горького, а также представление Третьего Рейха меньшим злом, нежели та самая крестьянская тупость мне очень импонирует. Простым языком описывается насилие, очень качественно в плане яркости, но иногда детали не соответствуют реальности. Остаётся великолепное послевкусие.