Удушье

Эта книга - бред, безумие, о таком не пишут привычные нам классики или современные романисты. В этом и ценность произведений Паланика, позволяющих окунуться в другой мир: маргиналы, шизофреники, наркоманы, всевозможные -голики, -филы и просто потеряннянные люди, живущие тем, что нормальному человеку и в голову не придет. Автор открывает нам этих людей, заставляет заглянуть к ним в рот, постель и карман. Но за всей этой неприглядной братией всегда скрывается что-то ценное, смешное, обличающее. Ушудье - не только способ заработать денег, но и образ жизни, от которого не может, да и не хочет избавиться герой. Он как-будто находится в прострации, не припятствует своим гипертрофированным животным инстинктам - это способ его существования, не испытывает жалости к людям, в то же время делая их капельку счастливее, забирая себе часть чужих грехов. Да он их просто ненавидит, как автор мог назвать этого неудачника Иисусом? Вскоре он сам посмеялся над этой идеей, так и оставив открытым вопрос "зачем?". Не только это осталось мне непонятным, каждое погружение в его безумный мир я отстраняюсь от условностей и стереотипов, принимая все как есть.
Немного приелась религиозная тема, как обычно выставленная не в лучшем свете, но, впрочем, как же без нее, это тоже кусочек единого стеба над нами всеми.

Люблю Паланика за то, как он прочищает мозги. Причем не дешевой массовой философией, как Коэльё, а мощными фразами, которые с налету и понять трудно. Как обычно, сидишь и читаешь то, в чем сам себе боишься признаться. Грязно, вызывающе, но - нравится.

на самом деле книга не о сексе,книга-об одиночестве.
книга о человеке с его тараканами в голове, огромными, жуткими и опасными тараканами в голове.книга рассказывает о том, чем это грозит, и заставляет задуматься, а как часто мы показываем свою любовь людям, которые нам дороги?как часто слышим их тогда, когда ещё не поздно?о том, как чувствует себя человек, когда он уже не помнит кто он на самом деле, но у всех про запас есть несколько историй и он выберет любую,ту,которая будет рассказана убедительней.книга о побеге человека от себя самого,о том, что хорошим быть сложней, чем плохим.что ради нескольких минут фальшивого спектакля одинокий человек пытается черпать ту самую любовь, которой ему так не хватало+он дарит людям возможность думать о себе лучше, чем они есть на самом деле,всем хочется быть героями на публике.а ты готов на подвиг?.

Рисуй новую карту, свою. Это будет твой мир. Только твой.
Правдиво и написано слишком откровенно? Убивает и становится мерзко от отвращения? Слабаки!
Каждый раз, когда приходилось откладывать книгу из-за дел насущных, глубоко разочаровывалась.. читала бы бесконечно.
Ой как не хочется понаписать тут множество восхваляющих штампов. Это не в стиле Паланика. И ему это не нужно.
Реальность - не самое верное слово, но это первое, что приходит на ум.
В восторге.

Уже с первого абзаца, когда автор устами героя рекомендует отложить чтение этой книги, не читать её вовсе, потому что ничего хорошего из этого не получится, в голову закралось подозрение, что именно тут в самом начале и есть резюме чуть более чем трёхсотстраничного повествования о тяжёлых трудовых (и не только) буднях сексоголика.
Действительно, давиться бифштексами в ресторанах, ожидая спасителя и счета от него за то, что человек получил возможность почувствовать себя героем, - это тяжко. Вначале выбрать кухню, которой давиться в этот вечер. Приличные рестораны уже были использованы, значит выбирать нужно из списка подешевле.
См. мексиканская кухня.
См. китайская кухня.
См. кубинская кухня.
Мать в психиатрической клинике, которую нужно содержать. Безумная революционерка, всю жизнь посвятившая социальным протестам, заканчивает свой путь среди таких же чокнутых как и сама за три тысячи зелёных в месяц. Где брать деньги - один из основных вопросов, которым задаётся герой.
Бесконечный секс. С нимфоманками из тюрьмы.
См. Нико.
См. Таня.
См. случайные связи.
Общество анонимных сексоголиков и застревание героя на четвёртой ступени с описанием своего грехопадения, со всеми именами, явками и паролями. Базу составляют они там штоле?
Собственно, восхищение вокруг Паланика мне, в целом, неясно. Слог хороший. Отдельные пассажи блестящи, но полная картина его творчества вызывает массу вопросов. В принципе, если задаться целью, можно создать пару таких "шедевров" и писателям, с именем потише чем у Паланика. Забыть о табу и цензуре и наяривать на клавиатуре тексты из реальной жизни.
См. посещение туалета в подробностях.
См. мастурбация с использованием бытовых предметов.
См. описание галлюцинаций от вдыхания метамфетаминана (или чего попроще).
Уныло, одним словом. И излишне физиологично. Кстати, совет думать о кошачьих кишках во время секса для продления эрекции нужно не забыть подбросить знакомым мужеска пола.

Роман, который не стоит читать. Закройте книгу, выкиньте в окно, сожгите. Гиблое дело читать Удушье, с первых строк сообщает нам автор. Не стоит, вы что обезумели.

Мир, который полон извращения, порнографии, болезней, душевных травм, страданий, проблем и обмана. Грязь, мерзость, озабоченность. Выкиньте книгу, ведь такой мир только в ней. Настоящий город кишит чистотой, порядком и порядочностью. Секс только в браке и по любви, и только традиционный. Наркотиков вообще не существует, как и болезней. Мамы у всех идеальные, дети тоже. Мечты у всех сбываются и работают все по призванию, а главное за бешеные деньги. И в голове нет ни у кого своих тараканов, люди штампованные, все понимаю друг друга, все нормальные.

Так что выкиньте книгу, там ложь, такого не бывает. Паланик врет и его Чикаго 21 века - всего лишь фантастическая антиутопия.

Ну а если вы готовы снять розовые очки, то можете приоткрыть роман, но лишь на свой страх и риск. Потому что автор срывает маски со всех, и после прочтения вы вряд ли сможете жить как раньше.

Оглядитесь, может этот менеджер в элитном салоне автомобилей только что совокуплялся с ген директором на заднем сидении Toyota, которую теперь готов продать вам со скидкой в 5%. А вон тот милый молодой человек в кафе за соседним столиком только что наглотался таблеток и теперь после чашки эспрессо поедет позабавится с парой первых встречных около фонтана на главной улице. Может быть ваш сосед ночами придается изучению звериных половых органов. А учитель вашего ребенка удовлетворяет себя, подглядывая за школьницами в туалете. Но разве они не люди после этого? Предпочтете не думать об этом? А какие ваши грехи? За что вас осудят окружающие?

А по-хорошему, осуждению в этом мире нет места. Не должно быть. От него все проблемы. Одиночество, непонимание, непрощение. Порой хочется стать святым, раздавая успокоение пусть даже путем не самым лицеприятным. Спасти людей так просто. Открыть глаза на мир куда сложнее. Смириться и принять его почти невозможно.

Такая простая книга, такая жизненная, о таком мерзком, но таком насущном. 21 век, господа.

Его книги оставляют какие-то непонятные ощущения. Что мне нравится: это внезапный переворот всего сюжета с ног на голову в конце книги. Когда докторша оказывается пациенткой - эффектный ход. Еще один плюс: стиль автора узнаваем.

А не нравится все остальное=)
Это не литература, это - чтиво. Описывать грязь - еще не значит нести правду людям. Понятно, что это интересно. И притягивает. Но это не искусство (только если вы не считаете искусством вещи вроде росписи унитазов масляными красками). Вроде бы пытается донести какую-то мысль. Что главный герой спаситель, бла-бла-бла. Смешно. Никчемная жизнь никчемных людей.

Читать Паланика можно - из любопытства, например. Только пожалуйста, не верьте в этот бред. Это не те книги, которые могут повлиять на человека. Он ничего вам не откроет. Вы не сделаете вывод, какой же этот мир жестокий. Это мир определенного круга людей - что в "Невидимках", что в "Удушье". Возможно, осилю еще пару его книг ("Бойцовский клуб" на очереди, а там посмотрим), но в целом ясно, что из себя представляют произведения данного автора.

Захожу в книжный магазин. Уже зачем не помню, но за чем-нибудь съедобным. Лабиринты книжных витрин ведут меня к очередной вкуснятине, приготовленной каким-нибудь зарубежным маэстро. Я уже представляю, как буду смаковать одну страницу за другой, тщательно прожевывая каждую фразу, чтобы определить начинку слов. Я иду. Иду… иду… И вдруг перед моими глазами оказывается что-то совсем не аппетитное – от этого пахнет повседневным макдональдсовым завтраком, а также медикаментами и сексом. Но на удивление мне нравится этот запах. Я беру это простецкое блюдо в руки и иду на кассу, расплачиваться за сегодняшний мой ужин, который, несмотря на свою простоту, кусается по цене.
Вот так у меня появилась эта книга. Книга о грязи, похоти, нехоти измениться и о много чем другом. Книга, главным тегом которой является «Второе пришествие».
Смотри также: Сексоголизм.
Смотри также: Онанизм.
Смотри также: Удушье.
Перелистываю страницу и впитываю в себя оскорбления на счет нашего «сегодня».
Перелистываю следующую страницу и впитываю в себя обвинения на счет нашего «завтра».
Перелистываю еще одну страницу и вижу, что кроме говна, мне впитывать в себя ничего не осталось. Впитываю и его. Никакой реакции. Я слишком привыкла к этому говну, чтобы брезговать им.
Открываю последнюю страницу, быстро дочитываю. Закрываю книгу. Впитываю в себя правду. Она горькая? Да нет вовсе. Она ведь всегда была рядом со мной, просто я называла ее по-другому.
Паланик… контркультура… да какая к черту культура? Правила распиздяйского лайфстайла и ничего более. Но ведь цепляет же, не так ли?
Что ЭТО такое? Что ОНО из себя представляет?
«Шедевр» - не совсем точное слово, но это первое, что приходит на ум.

P.S.: Благодарю за внимание, сэр.

сам Паланик говорит о ней: "Собираетесь прочесть? Зря!"
Паланик прав! Зря xD

Если он пишет, то использует грязные (во всех смыслах) приемы, которые поражают воображение разве что маленьких экзистенциальных девочек, для которых он открывает «новый мир».
Лучше б я десяток Ахерн прочитала, потому что она вызывает здоровый интерес в стиле «как можно так картонно писать, научи а», Паланик же в свою очередь ничего не оставляет, будто и не читала вовсе. Пара килограммов грязи, кошачьих кишок и секс-маньяков никого не испугает.
Единственная “внезапность”, идея, была оформлена в конце, ее предугадать было практически невозможно, и тут Паланик как-то все повернул, вынул из кармана глубокомысленную животрепещущую мысль, засунул ее в использованный презерватив и вручил читателю со словами “собирались прочесть? зря!”

"Мерзко" - не самое подходящее слово, но это - первое, что приходит на ум... *)