Любовница французского лейтенанта

Иногда мне их даже жаль. Я думаю, что я обладаю свободой, которой им не понять. Мне не страшны ни униженья, ни хула. Потому что я переступила черту. Я – ничто. Я уже почти не человек. Я – шлюха французского лейтенанта.

Либо ты остаешься в тюрьме, которую твой век именует долгом, честью, самоуважением, и покупаешь этой ценой благополучие и безопасность. Либо ты будешь свободен – и распят. Наградой тебе будут камни и тернии, молчание и ненависть; и города, и люди отвернутся от тебя.

Напрасно Фаулз встревал в повествование явным романистом и заигрывал со мной авторской откровенностью: так могу, мол, могу и этак… Напрасно он, хорохорясь, позволил шуметь неизвестной пианистке польками Шопена в неприкосновенной тиши писательского кабинета: ведь я, уважаемый сэр, таки поверила.

Поверила вашим демонстративно выдуманным персонажам, на редкость крепко привязалась к ним (не по причине только лишь порядочного страничного объема), и мучилась с Чарльзом в попытках разгадать натуру Сары, и болела за него, «переступающего черту», приговаривая: «Не бойся, милый! Решайся, дорогой мой Чарльз!»

Разумеется, о духовной свободе и независимости; само собой, о природе (именно природе! зря что ли Дарвин там?) общества; конечно, о любви, притом редкостной. Впрочем, о многом еще, но о многом этом мне еще предстоит подумать, только уже по остывшим следам.

А ведь там еще и викторианская эпоха, вообразите себе! Викторианская эпоха, препарируемая Фаулзом с наиприятнейшей тщательностью, далеко не без иронии и обличений, но и пониже гораздо отметки того же Олдингтона на шкале недовольства. Викторианская эпоха, на белоснежном фоне которой, должно быть, явственней проступали пятна немногих непокорных (кровь Сары на рубашке Чарльза...):

Редчайший в истории пример столь последовательного искажения фактов, подмены истинного содержания парадным фасадом – и самое печальное, что попытка увенчалась успехом: легковерное потомство все это проглотило!

Редкое сочетание технически качественного и чувственно насыщенного. Неожиданный коктейль из аллюзий естественнонаучных и художественных (открыла для себя стихотворный талант Мэтью Арнольда). Удивительные скорости по расчету прочитанных страниц на долю дражайшего в преддверии сессии свободного времени.

P.S. А что, Фаулз и в остальном так же хорош? По крайней мере, в «Коллекционере», который мне предстоит еще в обязательном порядке?

Я не буду скрывать, что радостно выдохнула, когда, наконец, дочитала этот роман, доставшийся мне по флэшмобу-2011. Я устала от этого произведения, потому что оно ужасно длинное, а автор имел привычку делать так: только я всласть расчитаюсь, уйду с головой в сюжет, как Фаулза вдруг переклинивает, и он пишет: да что это я тут вам сочиняю, я над своими персонажами не властен, это всего лишь история, а живут они сами по себе, и я знать не знаю, как там у них всё на самом деле было.

Я понимаю, что как раз этот вот прием и нравится многим читателям, но меня он неимоверно раздражал. Я люблю, чтобы мужчина (а автор ведь мужчина, разве нет?) был решительным и не метался из стороны в сторону. А то у меня сложилось такое впечатление, что Фаулз так упивался своей писаниной, что даже придумал книге три конца и не смог из них выбрать какой-то один. "Как же я, Фаулз, гениален", - так и виделось мне из этих трех концов, - "я и так могу, я и этак могу, а вы уж, мелкие людишки, сами разбирайтесь, что я там понаписал".

Это интересный, конечно, прием, придумать и написать (в самой книге) три разных финала, я такого ещё нигде не встречала. Но они мне запутали все представление о книге ещё больше. Я вот не поняла персонажа по имени Сара. Тут в отзывах на книгу написано, что такой женщине, как Сара, подходит именно третий финал. И вот если третий ей подходит, то какого фига она сделала то, что сделала, в середине романа в отношении Чарльза?

Извините, дальше СПОЙЛЕРЫ!!!

Вот автор вводит в роман Сару, представляет её, как "шлюху французского лейтенанта", все герои книги об этом твердят, доктор, который её осматривал (!!!), тоже утверждает, что Сара обесчещена (или я это неправильно поняла?), сама Сара тоже всех (и главгера) уверяет, что она отдалась какому-то моряку. Ну и дальше все закручивается, Чарли и Сара оказываются в постели, все длится девяносто секунд (автор прямо-таки подчеркнул это; я не поняла, он хотел удивить, что это очень долго или очень быстро?Эх, ну не понять мне нравов викторианской эпохи...И да, это "девяносто секунд" - моё любимое место в книге). И вот Чарли обнаруживает, что Сара - девственница и никакому моряку не отдавалась. Потом снова много-много страниц и финал, якобы "подходящий" Саре: Чарльз её находит и говорит люблюнимагу, а она ему отказывает и он, как побитая собака, уходит. Ну и что это все было?(я не про свое бессвязное изложение романа) ЗАЧЕМ Сара уверяла Чарльза, что она недевственница, если она была девственница? ЗАЧЕМ бросила его в конце?

Спойлеры кончились.

Я, конечно, излагаю своё мнение об этом романе весьма сумбурно, но книга заставила меня почувствовать себя какой-то туповатой. Автор ещё таким приемом меня подбешивал: я только вчитаюсь, глотаю страницу за страницей, а он вдруг раз - и что-то из истории начинает заворачивать. И я вот ну ни слова не понимаю. Пробовала страницы перечитывать - все равно не понимаю. Может, я "не доросла" до этой литературы?

Словом, конечно, спасибо вам, nicka , за флэшмобсовет, потому что этот роман я все равно собиралась когда-нибудь прочитать и потому что роман хороший. Просто не мой, видимо, автор. Мне и "Коллекционер" у него не понравился.

Как же я люблю Фаулза) С каждой книгой он все больше и больше покоряет мой читательский разум:)

Во-первых, я получаю огромнейшее удовольствие от стиля Фаулза, его языка и манеры изложения. А во-вторых, чтение его книг, это как будто диалог с невероятно интересным мужчиной, обладающим недюжинной эрудицией и дьявольской харизмой. Ну а его понимание загадочной женской души, меткость суждений, склонность к глубокому копанию в человеческих душах и пороках - все это делает Фаулза еще более притягательным автором.

"Любовница французского лейтенанта" - это далеко не обычный женский роман, как может показаться из названия. Это великолепная история о душевных терзаниях, о влечении к запретному плоду, о попытках сбросить с себя оковы общественной морали и идти своим путем, а не той накатанной дорогой, которую навязывает окружение.

Сара - некогда обесчещенная французским лейтенантом компаньонка великой морализаторши. Чарльз - молодой денди, увлекающийся палеонтологией, и помолвленный с молодой особой из своего круга. Казалось бы, на горизонте абсолютно банальный любовный треугольник, но в исполнении Фаулза эта история искрится совсем другими гранями.

Имхо, абсолютно замечательный роман.

Огромное спасибище LoraG , которая подарила мне эту книгу в октябрьском "Книжном сюрпризе"

Да, древний это жанр - писать про душу женскую. Но нет ничего слишком древнего, слишком избитого для большого таланта. Даже если про душу женскую написано с постоянными акцентами "у нас тут просто эпоха такая была".

Это же любимый коктейль Джейн Остин: 40 процентов сюжета, 40 процентов эпохи и 20 на афоризмы и описание природы. У Фаулза всё немного иначе. Что не удивительно, ибо женскую душу он может описывать только со стороны, эпоху - только издалека, а статистические перепитии викторианских публичных домов и столовых приборов составляют большую часть текстовой массы. Такой вот мужской вариант.
Знатоки Фаулза, думаю, не обидятся, если я назову его гением образовательного фаст-фуда. Вчера я знала о викторианской эпохе пару абзацев, теперь могу острить о ней с видом знатока. Это лучше книги "Викторианство для чайников", потому что а). художественно б). толкает на весьма плодотворные размышления.

Заметим в скобках: пункт а), если быть совсем честной, самоценен. Для меня книга, которая льётся, - всегда хорошая, а которая топорщится, как дурной эскиз или фальшивое пенье, - всегдя плохая. а на моральные убеждения плохого художника - плевать. Сколько людей - столько моральных убеждений, на всех наших больших сочувственных душ просто не хватит. Но это - тссс - между нами, а то ещё окрестят "пропитерским снобом" (snobbus propeterburgos)))

Джон Фаулз для меня с каждым новым прочитанным романом раскрывается с новой стороны - от этого его произведения хочется читать снова и снова, словно с каждой прочитанной страницей ты узнаешь новые черточки в характере старого доброго знакомого.
"Любовница французского лейтенанта" - неожиданно классическое произведение, в котором смешалось все, начиная от поисков истины и исторических мини-экскурсов и заканчивая история падения, греха и все-таки обмана.

Каждый персонаж - кусочек мозаики повествования, без которого вся картинка была бы более чем неполной. А история главной героини оказалась мне неожиданно близка, равно как и ее поведение. Все-таки порой так и хочется опуститься на самое дно, обмануть, дабы на тебя обратили внимание, лишь бы быть кем-то для кого-то хотя бы на мгновение. А то, что актриса, которую хочется от себя оттолкнуть, что таких людей нельзя полюбить истинной любовью...
Об этом подумаем завтра.

Понравился язык сего романа. Такой чопорно-устарелый, как классическая музыка(это я в хорошем смысле!).

Герой романа собирается жениться на богатой благопристойной особе, идеально подходящей для брака. Но ввиду некоторых событий, увлекается сомнительной особой, известной в городе как любовница лейтенанта, попавшего туда случайно после кораблекрушения. Тот кстати оттуда быстро свалил, оставив бедную женщину, якобы возлюбленную одну на суд общественности. Вобщем, эта дама немало заинтересовала героя, вначале вполне невинно, как объект психически неуравновешенный и патологически одинокий. Ну и конечно же, чувство жалости со временем переросло в любовь, до конца жизни сопутствующую бедному парню. Девица оказалась не так проста, и героя привязала к себе на веки неслучайно. Раскрывать ее замыслы не буду. Вобщем, несчастье и трагедия.

Кстати, действие романа происходит в маленьком английском городке Лайме - там жил автор.

Ай да Фаулз!

«Волхв» как первое знакомство с Джоном Фаулзом и погружение в его неповторимый мир художника, рисующего картины словом в стиле Эдварда Берна – Джонса: внеземной сон, прерывающийся тяжёлой реальностью, стоит только вспомнить, что из себя, представляет человек.
«Мантисса» - образ эфемерной музы, так изменчиво относящейся к своему почитателю; и этот мир предстает в картинах Владимира Баранов-Россине: абстракция, существующая отдельно от человека, но знающее своё место – непрерывные витиеватые линии воображения.
«Коллекционер» - роман о злободневном. Писателем подаётся в экзотическом виде: мясо с кисло-сладким соусом - отдающим болезненностью на растревоженный и больной нерв зуба. И у этого романа есть свои образы, находящиеся в работах Люстена Леви-Дюрмена.

Что самое удивительное, все эти романы одного автора: не умеющего повторяться, готового преподнести совершенно обыденную тему с виртуозностью, поделиться своим мироощущением, дотошно рассказать о своих знаниях и неутомимо следовать своим мыслям. И все его романы с готовностью можно сравнить по ощущениям с работами художников разного жанра, времени и направления, чтобы ещё четче увидеть неповторимость работ Джона Фаулза.

«Любовница французского лейтенанта» - роман, от которого можно было по ходу сюжета ждать всего, чего не мог выдумать читатель, и того, о чём не предупредил сам автор.
Писатель плавно вводит читателя в (свой(!)) мир Викторианской Англии, знакомя нас (с определённой долей юмора) со всеми участниками романа, давая дополнительную историческую информацию, вплетая в сюжет современность и не забывая делиться своими личными впечатлениями о содеянном в столь интригующем романе.
В романе сравниваются два времени, два века – это 60-е годы XIX и 60-е годы XX веков. Автор то в одном времени, то в другом, давая читателю выбрать какое время ему по душе, отдавая даже концовке развиваться по двум возможным сюжетам.

P.S.: «Любовница французского лейтенанта» может сравниться с работами Джона Роддема Спенсера Стэнхоупа: нежность, чувственность, изящность, живописность и желание закончить роман в стиле XIX века.

Я знала о книге только то, что в ней два различных конца и что вроде бы есть такой фильм (но не смотрела). Но почему-то у меня была твердая уверенность, что книга будет про период второй или на крайний случай первой мировой войны и будет повествовать про французского лейтенанта и его любовь к некой женщине. Однако это совсем не так :)

Книга на самом деле про викторианскую Англию, и лейтенанта там никакого нет, зато есть английский джентльмен, помолвленный и увлекающийся палеонтологией, и есть девушка-гувернантка с таинственным прошлым и репутацией падшей женщины, которая постепенно посредством загадочных хитроумных уловок влюбляет в себя нашего джентльмена, а потом... В общем, странная женщина эта Сара, и еще более странны и её поведение, и её стремления. Я так и не поняла, зачем ей было всё это нужно и почему, добившись своего, она поступила так, как поступила?.. А вот Чарльза искренне жаль, и я, несмотря на странность Сары и нелогичность её поведения, болею всё-таки за первый, счастливый, финал из двух, предложенных нам Фаулзом.

Роман, к слову сказать, сверхпостмодернистский, напичканный аллюзиями, цитатами и прочим. Автор как будто стоит рядом, пересказывая нам эту историю и ни на миг не дает забыть, что написана она уже в нашем веке и читаем мы ее сейчас (т.е. вполне реально, к примеру, сравнение зловредной хозяйки дома с работником гестапо и т.п.). Я не согласна, что это блестящий, гениальный роман, однако не могу сказать, что он мне не понравился.

Даже не знаю, не могу понять понравилось мне или нет. С одной стороны, это какой-то новый, совершенно не знакомый мне Фаулз, честно говоря, вот никак не ожидала от него викторианского романа, мне интуитивно казалось, что это будет какая-то военная история. Но с другой стороны, неприятная мне атмосфера - затяжная истерика, непонятная загадочность ради самой загадочности, эта раздвоенность сюжета (не люблю все эти «как будто бы»). Но вот, наверное, последние страницы все, же убедили меня, что это мое произведение, вот какие-то они такие душевные и ненаносные.

Но главное - это письмо опять ставило Чарльза перед выбором. Попробуем вообразить то состояние мучительного раздвоения, в котором он находился по пути из Лондона на запад, в Эксетер: с одной стороны, он терпеть не мог выбирать; с другой же стороны, неотвратимая близость выбора повергала его в какое-то лихорадочное возбуждение. Он не знал еще экзистенциалистской терминологии, которой располагаем мы, но то, что он испытывал, полностью укладывается в рамки сартровского «страха свободы» — ситуации, когда человек осознает, что он свободен, и одновременно осознает, что свобода чревата опасностями.

Начинала читать любовный роман, а закончила чтением истории становления или, если уж на то пошло, разрушения человека. Сару я не понимаю, как не понимаю ее поступков, этого загадочного ореола тайны, проницательности, безумия... А вот метания и тревогу, которые Чарльз переживает, пытаясь заглянуть в собственное будущее и сделать правильный выбор, можно объяснить и принять. Все его надежды... да-да, вот еще чуть-чуть, и он будет счастлив... Но нет, все снова оказывается не так, как он предполагал, все выходит совсем иначе. Нет системы, нет закономерности, которую можно было бы просчитать, поставить все на кон и оказаться в выигрыше.
Чарльз преодолел страх свободы, но не оказались ли для него таящиеся в ней опасности слишком тяжким бременем?